Хрестоматия по философии учебное пособие пВалексеев

Хрестоматия по философии учебное пособие пВалексеев

В хрестоматию помещены фрагменты из трудов философов разных эпох. Тексты подобраны так, чтобы были освещены все основные проблемы систематической философии: теории философского знания, философской теории бытия и теории познания.
Для аспирантов и студентов вузов, изучающих философию, а также всех интересующихся философской проблематикой.

В хрестоматию помещены фрагменты из трудов философов разных эпох. Тексты подобраны так, чтобы были освещены все основные проблемы систематической философии: теории философского знания, философской… Развернуть

Эти книги тоже могут вас заинтересовать

Вы можете посоветовать похожие книги по сюжету, жанру, стилю или настроению. Предложенные вами книги другие пользователи увидят в блоке «Похожие книги».

Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie, пользовательских данных (сведения о местоположении; тип и версия ОС; тип и версия Браузера; тип устройства и разрешение его экрана; источник откуда пришел на сайт пользователь; с какого сайта или по какой рекламе; язык ОС и Браузера; какие страницы открывает и на какие кнопки нажимает пользователь; ip-адрес) в целях функционирования сайта, проведения ретаргетинга и проведения статистических исследований и обзоров. Если вы не хотите, чтобы ваши данные обрабатывались, покиньте сайт.

Раздел I. Что такое философия и зачем она?

Философия есть система философских знаний или рациональных знаний из понятий. Таково шкальное понятие этой науки. По мировому же понятию (Weltbegriff) она есть наука о последних целях человеческого разума. Эю высокое понятие сообщает философии достоинство, т. е. абсолютную ценность. И действительно, она есть то, что одно только и имеет внутреннюю ценность и впервые придает ценность всем других знаниям.

Ведь всегда спрашивают в конце концов, чему служит философствование и его конечная цель — сама философия, рассматриваемая согласно школьному понятию?

В этом схоластическом значении слова философия имеет в виду лишь умение, в смысле же ее мирового понятия — полезность. В первом смысле она есть, следовательно, учение об умении; в последнем — учение о мудрости, законодательница разума, и постольку философ — не виртуоз ума, но законодатель.

Виртуоз ума или, как его называет Сократ,филодокс, стремится только к спекулятивному знанию, не обращая внимания на то, насколько содействует это знание последним целям человеческого разума: он дает правила применения разума для всевозможных произвольных целей. Практический философ — наставник мудрости учением и делом — есть философ в собственном смысле. Ибо философия есть идея совершенной мудрости, указывающей нам последние цели человеческого разума.

К философии по школьному понятию относятся две вещи: во-первых, достаточный запас рациональных знаний; во-вторых, систематическая связь этих знаний, или соединение их в идее целого.

Философия не только допускает такую строго систематическую связь,

но и является единственной наукой, которая имеет систематическую связь в собственном смысле и придает всем другим наукам систематическое единство.

Что же касается философии по мировому понятию (in sensu cosmico), то ее можно назвать также наукой о высшей максиме применения нашего разума, поскольку под максимой разумеется внутренний принцип выбора между различными целями.

Ибо и в последнем значении философия есть наука об отношении всякого знания и всякого применения разума к конечной цели человеческого разума, которой, как высшей, подчинены все другие цели и в которой они должны образовать единство.

Сферу философии в этом всемирно-гражданском значении можно подвести под следующие вопросы:

Что я могу знать?

Что я должен делать?

На что я смею надеяться?

Что такое человек?

На первый вопрос отвечает метафизика, на второй — мораль, на третий

религия и на четвертый — антропология. Но в сущности все это можнобыло бы свести к антропологии, ибо три первых вопроса относятся кпоследнему.

Итак, философ должен определить:

1) источники человеческого знания,

2) объем возможного и полезного применения всякого знания и,наконец,

3) границы разума.

Последнее есть нужнейшее, но также — пусть не огорчается филодокс

Философу требуются главным образом две вещи: 1) культура таланта и умения, чтобы применять их ко всевозможным целям; 2) навык в применении того или другого средства к каким-либо целям. То и другое должно соединяться, ибо без знаний никогда нельзя стать философом, но также и одни знания никогда не создают философов, если целесообразная связь всех знаний и навыков не образует единства и не возникает сознание соответствия этого единства высшим целям человеческого разума

Вообще нельзя называть философом того, кто не может философствовать. Философствовать же можно научиться лишь благодаря упражнениям и самостоятельному применению разума

Да и как, собственно, можно научиться философии? — Всякий философский мыслитель строит свое собственное здание (Werk), так сказать, на развалинах предыдущего, но и оно никогда не достигает такого состояния, чтобы стать прочным во всех своих частях. Поэтому философию нельзя изучать уже по той причине, что таковой еще не существует. Но если даже и предположить, что таковая действительно имеется, то все-таки ни один из тех, кто ее хотя и изучил, не мог бы сказать о себе, что он философ, потому что его знание философии всегда было бы лишь субъективно-историческим.

Иначе обстоит дело в математике. Эту науку вполне можно до известной степени изучить, ибо доказательства здесь столь очевидны, что каждый может в них убедиться; вместе с тем, в силу своей очевидности, она может, так сказать, сохраняться как надежное и прочное учение.

Напротив, кто хочет научиться философствовать, тот все системы философии должен рассматривать лишь как историю применения разума и как объект для упражнения своего философского таланта.

Следовательно, истинный философ как самостоятельный мыслитель должен применять свой разум свободно и оригинально, а не рабски подражательно. Но он не должен также применять свой разум диалектически, направляя его липа на то, чтобы сообщить знаниям видимость истины и мудрости. Последнее есть занятие одних софистов и совершенно несовместимо с достоинством философа как знатока и учителя мудрости.

Ибо наука имеет внутреннюю истинную ценность лишь как орган мудрости. Но в качестве такового она также необходима для мудрости, так что можно утверждать: мудрость без науки есть лишь тень совершенства, которого нам никогда не достичь.

Ненавидящего науку ради любвикодной мудрости называютлисалогам. Мисология обыкновенно возникает при отсутствии научных знаний и непременно связанного с этим своего рода тщеславия. Иногда же в ошибку мисологии впадают и те, которые сначала с большим прилежанием и успехом отдавались наукам, но в конце концов во всех ее знаниях не нашли никакого удовлетворения.

Философия есть единственная наука, которая способна дать нам это внутреннее удовлетворение, ибо она как бы замыкает научный круг, и благодаря ей науки впервые только и получают порядок и связь.

Итак, для навыка к самостоятельному мышлению или философствованию нам следует обратить внимание больше на методы нашего применения разума, чем на сами положения, к которым мы пришли с помощью этих методов.

«Логика». — Трактаты и письма. М., 1980. С. 331—334.

Всякое основанное на разуме познание исходит или из понятий, или из конструирования понятий; первое познание называется философским, а второе — математическим. . Из всех наук разума (априорных наук) можно научить только математике, но не философии (за исключением исторического познания философии), а, что касается разума, можно в лучшем случае научить только философствованию.

Система всякого философского познания есть философия. Мы берем ее объективно, если разумеем под ней образец критического рассмотрения всех попыток философствовать, имеющего целью рассмотреть всякую субъективную философию, здание которой столь многообразно и изменчиво. В этом смысле философия есть только идея возможной науки, которая нигде не дана in concreto, но к которой мы пытаемся приблизиться различными путями, пока не будет открыта единственная, сильно заросшая чувственностью тропинка и пока человеку не удастся, насколько это дозволено ему, сделать до сих пор не удававшуюся копию равной образцу. Пока этого не случится, нельзя обучать философии; в самом деле, где она, кто обладает ею и по какому признаку можно ее узнать? [Теперь] можно обучать только философствованию, т. е. упражнять талант разума на некоторых имеющихся примерах в следовании общим принципам ее, однако всегда сохраняя право разума исследовать самые источники этих принципов и подтвердить эти принципы или отвергнуть их.

Однако пока что понятие философии есть лишь школьное понятие, а именно понятие о системе знания, исследуемого лишь в качестве науки с одной только целью — систематическое единство этого знания, стало быть, логическое совершенство его. Но существует еще мировое понятие (conceptus cosmicus), которое всегда лежало в основе термина философия, в особенности когда это понятие, так сказать, персонифицировалось и представлялось как бы в идеале философа как образца. В этом смысле философия есть наука об отношении всякого знания к существенным целям человеческого разума (teleologia rationis humanae), и философ есть не виртуоз разума (Vemunftkunstler), а законодатель человеческого разума. Называть себя философом в таком смысле и претендовать на то, чтобы сравняться с образцом, мыслимым только в идее, было бы чересчур смело.

Другие публикации:  Какое имеет право безработный

Математик, естествоиспытатель, логик, как бы далеко ни продвинулись первые в познаниях разума, а последний особенно в философском познании, все же могут быть только виртуозами разума. Но у нас есть еще идеал учителя, руководящего всеми ими и пользующегося ими как орудиями для содействия существенным целям человеческого разума. Только такого учителя следовало бы называть философом; но так как такого учителя нигде нет, а идея его законодательства встречается во всяком человеческом разуме, то мы будем держаться исключительно этой идеи и определим более точно, какое систематическое единство предписывает философия с точки зрения целей согласно этому мировому понятию.

Существенные цели не означают еще высших целей; высшей может быть только одна цель (при совершенном систематическом единстве разума). Поэтому они — или конечная цель, или подчиненные цели, необходимо относящиеся к первой как средства. Конечная цель есть не что иное, как все предназначение человека, и философия, исследующая эту цель, называется моралью. Ввиду этого преимущества моральной философии перед всеми остальными видами деятельности разума древние разумели под именем философа одновременно и главным образом моралиста; даже и теперь внешний вид самообладания, достигаемого при помощи разума, дает повод по аналогии называть человека философом, хотя бы его знание было ограниченным.

Законодательство человеческого разума (философия) имеет два предмета — природу и свободу и, следовательно, содержит в себе как естественный, так и нравственный закон, первоначально в двух различных системах, а затем в одной философской системе. Философия природы имеет дело со всем, что есть, а нравственная — только с тем, что должно быть.

Всякая философия есть или знание, основанное на чистом разуме, или знание разума, основанное на эмпирических принципах. Первая называется чистой, а вторая эмпирической философией.

Философия чистого разума есть или пропедевтика (предварительное упражнение), исследующая способность разума в отношении всего чистого априорного знания, и называется критикой, или же эта философия есть система чистого разума (наука), т. е. все (истинное и мнимое) философское знание, основанное на чистом разуме в систематической связи, и называется метафизикой; впрочем, этим термином можно называть также всю чистую философию, включая и критику, чтобы охватить и исследование всего, что может быть познано a priori, и изложение всего, что составляет систему чистых философских знаний этого рода, отличаясь от всякого эмпирического, а также математического применения разума.

Метафизика делится на метафизику спекулятивного и практического применения чистого разума и бывает, следовательно, или метафизикой природы, или метафизикой нравов. Первая содержит в себе все чистые принципы разума, построенные на одних лишь понятиях (стало быть, без математики) теоретического знания всех вещей, а вторая — принципы, а priori определяющие и делающие необходимым все наше поведение. Моральность есть единственная закономерность поступков, которая может быть выведена совершенно a priori из принципов. Поэтому метафизика нравов есть, собственно, чистая мораль, в основу которой вовсе не положена антропология (эмпирические условия). Метафизикой в более узком понимании называют обычно метафизику спекулятивного разума. Но поскольку чистое учение о нравственности все же принадлежит к особому стволу человеческого, и притом философского знания, основанного на чистом разуме, то мы сохраним за ним это название, хотя не будем касаться его здесь, так как теперь оно к нашей цели не относится.

Чрезвычайно важно обособлять друг от друга знания, различающиеся между собой по роду и происхождению, и тщательно следить за тем, чтобы они не смешивались со знаниями, которые обычно связаны с ними в применении. То, что делает химик, разлагая вещества, то, что делает математик в своем чистом учении о величинах, в еще большей мере должен делать философ, чтобы иметь возможность точно определить долю, ценность и влияние особых видов знания в разнообразном применении рассудка. Поэтому человеческий разум, с тех пор как он начал мыслить или, вернее, размышлять, никогда не обходился без метафизики, но в то же время не мог изобразить ее достаточно очищенной от всего чужеродного. Идея такой науки столь же стара, как и спекулятивный человеческий разум; а какой разум не спекулирует, будь то по-ученому или по-простому? Однако приходится признаться, что различение двух элементов наших знаний, из которых одни совершенно a priori находятся в нашей власти, а другие могут быть получены только a posteriori из опыта, даже у мыслителей по профессии осталось лишь весьма неясным и поэтому никогда не могло привести к определению границ особых видов знания, стало быть, не могло привести к осуществлению подлинной идеи науки, столь давно и столь глубоко занимающей человеческий разум. Называя метафизику наукой о первых принципах человеческого знания, имели при этом в виду не особый вид знания, а только степень его общности, не давая возможности ясно отличить его от эмпирического, так как и среди эмпирических принципов имеются кое-какие более общие принципы, которые поэтому стоят выше других; в ряду такой субординации (в которой то, что познается совершенно a priori, мы не отличаем оттого, что познается только a posteriori), где же мы должны провести черту, отделяющую первую часть и высшие члены [ряда] от второй части и подчиненных членов? Что сказали бы мы, если бы эпохи существования мира в летоисчислении обозначались лишь путем деления протекшего времени на первые столетия и столетия, следующие за ними? Тогда пришлось бы задать вопрос: принадлежат ли пятое, десятое и т. д. столетия к числу первых? Точно так же я спрашиваю: принадлежит ли понятие протяженного к метафизике? Вы отвечаете: да! Ну, а понятие тела? Да! А понятие жидкого тела? Вы приходите в замешательство, так как если это продолжить далее таким именно образом, то все окажется принадлежащим метафизике. Отсюда видно, что одна лишь степень субординации (частного общему) не может определить границы науки, а в нашем случае — совершенную разнородность и различие в происхождении [знания]. С другой стороны, основная идея метафизики затемнялась еще тем обстоятельством, что она как априорное познание оказывается в известной степени однородной с математикой, которая родственна ей, если иметь в виду априорное происхождение; но что касается свойственного философии способа познания из понятий в сравнении со свойственным математике способом судить a priori на основании одного лишь конструирования понятий, то обнаруживается такая глубокая разнородность философского и математического познания, которая, правда, всегда как бы чувствовалась, но никогда не была сведена к отчетливым критериям. Вот почему, поскольку сами философы имели неправильное представление о развитии идеи своей науки, разработка ее не могла иметь определенную цель и точно установленное направление; из-за того, что философы произвольно чертили план, не знали дороги, которой следует идти, и постоянно спорили между собой из-за открытий, которые каждый стремился сделать на своем пути, их науку стали презирать сначала другие, а в конце концов даже в их собственной среде.

Итак, всякое чистое априорное знание благодаря особой познавательной способности, служащей для него единственным источником, образует особое единство, и метафизика есть философия, которая должна изложить это знание в таком систематическом единстве. Спекулятивная часть ее, главным образом присвоившая себе это название, а именно та часть философии, которую мы называем метафизикой природы и которая исследует на основании априорных понятий все, что есть (а не то, что должно быть), делится следующим образом.

Метафизика в более узком понимании состоит из трансцендентальной философии и физиологии чистого разума. Первая рассматривает только сам рассудок и разум в системе всех понятий и основоположений, относящихся к предметам вообще, причем объекты, которые были бы даны (ontologia), не принимаются в расчет; вторая из этих наук исследует природу, т. е. совокупность данных предметов (все равно, даны ли они чувствам или, если угодно, другому виду созерцания), и есть, следовательно, физиология (хотя лишь рациональная физиология). Применение же разума в этом рациональном исследовании природы бывает или физическим, или сверхфизическим, точнее говоря, или имманентным, или трансцендентным. Первое относится к природе, поскольку познание ее может быть применено в опыте (in concreto), а второе — к той связи предметов опыта, которая выходит за пределы всякого опыта. Вот почему эта трансцендентная физиология имеет своим предметом или внутреннюю, или внешнюю связь, однако и в том и в другом случае выходящую за пределы всякого возможного опыта; в первом случае она есть физиология всей природы, т. е. трансцендентальное познание мира, а во втором — физиология связи всей природы с сущностью, стоящей над природой, т. е. трансцендентальное познание Бога.

Имманентная же физиология рассматривает природу как совокупность всех предметов чувств, стало быть так, как они даны нам, но только на основе тех априорных условий, при которых они вообще могут быть нам даны. У нее есть только двоякого рода предметы: 1) предметы внешних чувств, стало быть, их совокупность, телесная природа; 2) предмет внутреннего чувства, душа, и, согласно основным понятиям о ней вообще, мыслящая природа. Метафизика телесной природы называется физикой, но так как она должна a priori содержать в себе только принципы познания природы, то это рациональная физика. Метафизика мыслящей природы называется психологией, и по той же самой причине под этим названием здесь следует разуметь только ее рациональное познание.

Другие публикации:  Как переоформить договор ростелеком на себя

Таким образом, вся система метафизики состоит из четырех главных частей: 1) онтологии, 2) рациональной физиологии, 3) рациональной космологии, 4) рациональной теологии. Во второй части, а именно в учении чистого разума о природе, есть два раздела: physica rationalis 1 и psycho-logia rationalis.

Первоначальная идея философии чистого разума сама предписывает такое деление; следовательно, оно имеет сообразно существенным целям разума архитектонический, а не только технический характер, т. е. основывается не на случайно воспринимаемом сродстве и не рассчитана как бы

Не следует думать, будто я под этим разумею то, что обычно называют physica generate и что составляет скорее математику, чем философию природы. В самом деле, метафизика природы совершенно обособляется от математики и не может дать такое расширение наших знаний, как математика, но она очень важна для критики чистого рассудочного познания вообще, применяемого к природе; без этой критики сами математики, придерживаясь некоторых ходячих, но в действительности метафизических понятий, незаметно обременили естествознание гипотезами, которые под влиянием критики этих принципов исчезают без всякого вреда для применения математики в этой области (совершенно неизбежного в ней).

на удачу и потому имеет неизменный и законодательный характер. Здесь имеется, однако, несколько пунктов, которые могли бы вызвать сомнение и ослабить убежденность в закономерности этого деления.

Во-первых, каким образом я могу ожидать априорного познания, стало быть, метафизики относительно предметов, раз они даются нашим чувствам, стало быть, a posteriori? Как возможно познать природу вещей согласно априорным принципам и прийти к рациональной физиологии? Наш ответ таков: мы берем из опыта только то, что необходимо, чтобы дать нам объект отчасти внешнего, отчасти внутреннего чувства. Первое достигается благодаря одному лишь понятию материи (непроницаемая безжизненная протяженность), а второе — благодаря понятию мыслящего существа (в эмпирическом внутреннем представлении: я мыслю). Впрочем, во всей метафизике, исследующей эти предметы, мы должны совершенно воздержаться от всех эмпирических принципов, которые прибавили бы к понятию еще какой-нибудь опыт, чтобы на этом основании что-то судить об этих предметах.

Во-вторых, где же остается эмпирическая психология, которая всегда отстаивала свое место в метафизике и от которой в наше время ожидали так много для выяснения метафизики, после того как утратили надежду достигнуть чего-то стоящего априорным путем? Я отвечаю: она переходит в ту область, где место всему собственному (эмпирическому) естествознанию, а, именно в область прикладной философии, которая связана, правда, с чистой философией, содержащей в себе принципы для нее, но не должна быть смешана с ней. Следовательно, эмпирическая психология должна быть совершенно изгнана из метафизики и уже совершенно исключена из нее самой идеей метафизики. Однако, согласно обыкновению в ученом мире, все же приходится еще оставить для нее местечко в метафизике (хотя лишь в качестве эпизода) из соображений экономии, так как она еще не настолько богата, чтобы самостоятельно составить предмет изучения, и в то же время слишком важна, чтобы совершенно исключить ее или придать ее какой-нибудь другой науке, от которой она еще более далека, чем от метафизики. Следовательно, она лишь пришелец, который пользуется приютом до тех пор, пока не создаст себе собственное жилище в обстоятельно разработанной антропологии (составляющей подобие эмпирического учения о природе).

Такова, следовательно, общая идея метафизики, от которой сначала ожидали большего, чем по справедливости можно было требовать, льстя себя приятными надеждами, и которая в конце концов стала предметом общего презрения, когда надежды не оправдались.

Весь ход нашей критики в достаточной степени убеждает нас, что, хотя метафизика не может быть фундаментом для религии, все же она остается оплотом ее и что человеческий разум, диалектический уже по природе своей, не может обойтись без такой науки, обуздывающей его и предохраняющей его посредством научного и совершенно ясного самопознания от опустошений, которые в противном случае непременно произвел бы в морали и религии не подчиненный закону спекулятивный разум. Поэтому можно быть уверенным, что, как бы равнодушно или пренебрежительно ни относились к метафизике те, кто оценивает науку не по ее природе, а только по ее случайным результатам, они во всяком случае вернутся к ней, как к поссорившейся с ними возлюбленной, так как разум, поскольку здесь задеты его существенные цели, должен неустанно работать или над приобретением основательных знаний, или над разрушением уже имеющихся знаний.

Следовательно, метафизика природы и нравов и в особенности предварительная (пропедевтическая) критика разума, отваживающегося летать на собственных крыльях, составляют, собственно, все то, что можно назвать философией в подлинном смысле. Она все ставит в связь с мудростью, но на пути науки, единственном пути, который, раз он проложен, никогда не зарастает и не допускает заблуждений. Математика, естествознание и даже эмпирические знания человека имеют высокую ценность как средства главным образом для случайных целей, а если они в конце концов становятся средством для необходимых и существенных целей человечества, то это достигается не иначе как при посредстве познания разума на основе одних лишь понятий, которое, как бы мы ни называли его, есть, собственно, не что иное, как метафизика.

Именно поэтому метафизика есть также и завершение всей культуры человеческого разума, необходимое даже и в том случае, если мы будем игнорировать ее влияние как науки на некоторые определенные цели. В самом деле, она рассматривает разум с точки зрения его начал и высших максим, которые должны лежать в основе самой возможности некоторых наук и применения всех наук. Как чистая спекуляция она служит больше для предотвращения ошибок, чем для расширения знаний, но это не наносит никакого ущерба ее ценности, а скорее придает ей достоинство и авторитет, как цензуре, которая обеспечивает общий порядок, согласие и даже благополучие в мире науки и требует, чтобы мужественная и плодотворная разработка ее не отвлекалась от главной цели — от всеобщего блаженства.

«Критика чистого разума». — Соч. в шести тома. Т. 3. М., 1964. С. 683-602.

Хрестоматия по философии учебное пособие пВалексеев

Аннотация: — — 1.Философия — учебники и пособия.

Доп.точки доступа:
Панин, А.В.
Экземпляры всего: 3
ЧЗ-Б (2), Абонемент (1)
Свободны: ЧЗ-Б (2)

Аннотация: — — 1.Философия — учебники и пособия.

Доп.точки доступа:
Панин, А.В.
Экземпляры всего: 2
КафГН (2)
Свободны: КафГН (2)

Доп.точки доступа:
Алексеев , П.В. \сост.\
Экземпляры всего: 7
ЧЗ-Б (1), Абонемент (5), КафГН (1)
Свободны: ЧЗ-Б (1), Абонемент (5), КафГН (1)

Аннотация: Книга представляет собой сборник философских текстов — фрагментов из трудов философов разных эпох. Тексты подобраны так, чтобы были освещены все основные проблемы систематической философии: теории философского знания философской теории быта и теории познания. Издание предназначено для студентов и аспирантов вузов, изучающих философию, для всех интересующихся философской проблематикой.

Доп.точки доступа:
Панин, А.В.
Экземпляры всего: 4
ЧЗ-Б (1), КафГН (3)
Свободны: ЧЗ-Б (1), КафГН (3)

Аннотация: В учебнике представлены основные понятия и принципы философии. Издание предназначено для студентов и аспирантов вузов, изучающих философию, для всех интересующихся философской проблематикой. В третьем издании добавлен раздел «История философии». (с грифом «Рекомендолвано.»)

Доп.точки доступа:
Панин, А.В.
Экземпляры всего: 2
КафГН (2)
Свободны: КафГН (2)

Аннотация: В учебнике представлены основные понятия и принципы философии. Издание предназначено для студентов и аспирантов ВУЗов, изучающих философию, для всех интересующихся философской проблематикой

Доп.точки доступа:
Панин, А.В.
Экземпляры всего: 1
КафГН (1)
Свободны: КафГН (1)

Аннотация: 1.Марксистский диалектический метод. 2.Естествознание-философские проблемы.

Экземпляры всего: 1
КафГН (1)
Свободны: КафГН (1)

Доп.точки доступа:
Панин, А.В.
Экземпляры всего: 5
ЧЗ-Б (1), Абонемент (2), КафГН (2)
Свободны: ЧЗ-Б (1), Абонемент (2), КафГН (2)

Аннотация: В учебнике рассмотрены основные этапы развития философии за более чем двухтысячлетнюю ее историю. В главе VII использован материал из книги В.В. Миронова «Философия» (с., 2001(, дополненный разделами о философских концепциях Ф. Ницше, А. Шопенгауэра и З. Фрейда. Для студентов, аспирантов, преподавателей вузов и всех интересующихся историей философии (С грифом «Рекомендовано.»)

Экземпляры всего: 1
КафГН (1)
Свободны: КафГН (1)

Аннотация: В хрестоматию помещены фрагменты из трудов философов разных эпох. Тексты подобраны так, чтобы были освещены все основные проблемы систематической философии: теории философского знания, философской теории бытия и теории познания.

Доп.точки доступа:
Алексеев , П.В.
Экземпляры всего: 1
ЧЗ-Б (1)
Свободны: ЧЗ-Б (1)

Философия. Учебное пособие

Алла Матвеева
Философия. Учебное пособие

© Матвеева А. И., 2016

В системе гуманитарного образования (юридического в том числе) философия занимает особое место. В отличие от других наук она выявляет, систематизирует и критически осмысливает мировоззренческие компоненты, включенные в различные области гуманитарного знания, в том числе и правоведения. Наряду с этим философское образование формирует у обучаемых адекватную современным требованиям методологическую культуру.

Цель составления данного учебного пособия, представляющего из себя курс лекций по основным темам философии, как учебного курса, в том, чтобы помочь обучаемым в их самостоятельной работе.

Лекции характеризуются следующими моментами. Все проблемы рассматриваются с различных точек зрения (как в истории философии, так и в современном философском знании) с тем, чтобы привлечь студентов к участию в их осмыслении.

Авторы стремились изложить учебный материал таким образом, чтобы у будущих юристов не сложился стереотип восприятия философии как свода готовых, устоявшихся истин, которые следует, не задумываясь, заучить, а затем воспроизвести.

Другие публикации:  Тесты налог на имущество организации

Изложение материала авторы стремились сделать интересным и доступным. Но стремление к простоте при изучении философии имеет свои пределы, поскольку сама философия – далеко не простая вещь. Проблемы, возникшие в ходе изучения теоретических положений и не поддающиеся пониманию с помощью материала конспектов лекций, изложенных в данной работе, необходимо решать, обращаясь к рекомендуемой дополнительной литературе, подробный список которой приводится после каждой темы.

Рекомендуемая основная учебная и справочная литература

1. Алексеев П. В., Панин А. В. Философия. М., 2008.

2. Алексеев П. В. История философии. М.: Проспект, 2009.

3. Бердяев Н. А. Самопознание. М.: АСТ Хранитель, 2007.

4. Великие философы: Хрестоматия / сост. Д. А. Гусев, М. В. Рябов. М.: Астрель, 2008.

5. Гайденко П. П. История новоевропейской философии. М., 2009.

6. Гайденко П. П. Эволюция понятия науки (XVII–XVIII вв.): Формирование научных программ нового времени. М., 2010.

7. Гобозов И. А. Социальная философия: учебник для ВУЗов. М.: Академический проект, 2007.

8. Губин В. Д. Философия: учебник. М.: Проспект, 2010.

9. Данильян О. Г., Тараненко В. М. Философия. М., 2009.

10. Канке В. А. Философия науки: краткий энциклопедический словарь. М.: Омега, 2008.

11. Кармин А. С. Философия. Рационализм и материализм XXI в.: учебник для студентов и аспирантов. СПб.: Питер, 2007.

12. Катаева О. В. Философия: учебное пособие. Ростов н/Д: Феникс, 2009.

13. Кохановский В. П., Матяш Т. П., Яковлев В. П., Жаров Л. В. Основы философии. Ростов н/Д., 2008.

14. Кузнецов В. Н. Европейская философия XVIII в. М., 2006.

15. Кузнецов В. Г. Словарь философских терминов. М.: Инфра-М, 2009.

16. Майоров Г. Г. Философия как искание Абсолюта: Опыты теоретические и исторические. 2-е изд. М., 2009.

17. Макиавелли Н. Государь. М.: АСТ: Аст Москва, 2008.

18. Марков Б. В. Философская антропология: учебное пособие. 2-е изд. СПб.: ПИТЕР, 2008. 350 с.

19. Маслобоева О. Д. Философия для студентов экономических вузов. СПб.: Питер, 2006.

20. Миронов В. В. Философия. М.: МГУ Проспект, 2011.

21. Моисеева Н. А., Сороковикова В. И. Философия. СПб., 2008.

22. Моисеева М. А. Философия (краткий курс). СПб., 2008.

23. Налетов И. З. Философия. М., 2010.

24. Ницше Ф. Так говорил Заратустра. М.: АСТ: Аст Москва, 2010.

25. Новая философская энциклопедия: в 4 т. / В. С. Степин, Г. Ю. Семилин. 2-е изд. М.: Мысль, 2010. Т. 1. 744 с. Т. 2. 634 с. Т. 3. 692 с. Т. 4. 736 с.

26. Новейший философский словарь. Постмодернизм / сост. А. А. Грицанов. Минск, 2007.

27. Поппер К. Р. Знание и психофизическая проблема: В защиту взаимодействия / пер. с англ. М., 2008.

28. Рогалевич Н. Н. Краткий словарь по философии. Минск: Харвест, 2008.

29. Родзинский Д. Л. Философия в вопросах и ответах. М.: МПСИ, 2009.

30. Рожковский В. Б., Устименко Д. Л. Философия: хрестоматия. Ростов н/Д: Феникс, 2009.

31. Русская философия: энциклопедия / под общ. ред. М. А. Маслина. М.: Алгоритм, 2007.

32. Соколов В. В. Европейская философия XV–XVII веков. М.: Академический проект, 2009.

33. Спиркин А. Г. Философия: учебное пособие. М.: Гардарики, 2008.

34. Стрельник О. Н. Философия. М.: Юрайт, 2008.

35. Сычев А. А. Основы философии: учебное пособие. 2-е изд. М.: ИНФРА-М, 2010. – 366 с.

36. Философия: курс лекций: в 2 ч. / под общ. ред. В. В. Егорова, Н. М. Лазаревой. Екатеринбург: УрГЭУ, 2009.

37. Философия: учебник / под ред. А. Ф. Зотова, В. В. Миронова, А. В. Разина. М.: Проспект, 2009.

38. Философия: учебник / под ред. В. Н. Лавриненко. М.: Юристъ, 2008.

39. Философия: энциклопедический словарь / под ред. А. А. Ивина. М.: Гардарики, 2009.

40. Фирсов А. В. История философии для студентов вузов. Ростов н/Д: Феникс, 2006.

41. Фишер К. История новой философии. Ф. Бэкон. М.: АСТ: Аст Москва, 2010.

42. Фокина Н. И. Современная Западная философия (вторая половина XIX – XX вв.): учебное пособие / под ред. В. И. Кириллова. М.: Проспект, 2009. – 336 с.

43. Фрейд З. Психология бессознательного. М.: АСТ: Аст Москва, 2010.

44. Фрейд З. Толкование сновидений. М.: АСТ: Аст Москва, 2009.

45. Фромм Э. Иметь или быть. М.: АСТ Хранитель, 2010.

46. Фрэзер Д. Д. Золотая ветвь. М.: АСТ: Аст Москва, 2010.

47. Фукуяма Ф. Великий разрыв. М.: АСТ, 2008.

48. Хрестоматия по западной философии / сост. Н. И. Фокина. М., 2006.

49. Хрестоматия по западной философии. Античность, Средние века. Возрождение. М. АСТ, 2008.

50. Хрестоматия по философии: учебное пособие для вузов. М.: МГУ Проспект, 2009.

51. Хрестоматия по философии: Учебное пособие. 3-е изд., пер. и доп. / сост. П. В. Алексеев, А. В. Панин. М., 2009.

52. Шишков И. З. Современная западная философия: Очерки истории. 2-е изд. М., 2008.

53. Философский энциклопедический словарь (любое издание).

Хрестоматия по философии учебное пособие пВалексеев

Доп.точки доступа:
Панин, Александр Владимирович
Экземпляры всего (): 1
кх4 (1)
Свободны: кх4 (1)

Доп.точки доступа:
Алексеев , Петр Васильевич \сост.\; Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова. Философский факультет кх4
Свободных экз. нет

Доп.точки доступа:
Панин, Александр Владимирович кх4
Свободных экз. нет

Доп.точки доступа:
Панин, Александр Владимирович кх4
Свободных экз. нет

Доп.точки доступа:
Панин, Александр Владимирович кх4
Свободных экз. нет

Доп.точки доступа:
Панин, Александр Владимирович кх4
Свободных экз. нет

Доп.точки доступа:
Капелист, Иван Васильевич ; Зеленков, Петр Иванович; Алексеев , Андрей Леонидович
Экземпляры всего (): 1
кх4 (1)
Свободны: кх4 (1)

Доп.точки доступа:
Алексеев , Петр Васильевич \сост.\; Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова. Философский факультет
Экземпляры всего (): 1
кх4 (1)
Свободны: кх4 (1)

Доп.точки доступа:
Панин, Александр Владимирович
Экземпляры всего (): 1
кх4 (1)
Свободны: кх4 (1)

Доп.точки доступа:
Алексеев , Петр Васильевич \сост.\; МГУ им. М. В. Ломоносова. Философский факультет
Экземпляры всего (): 1
Ч/з3 (1)
Свободны: Ч/з3 (1)

Доп.точки доступа:
Панин, Александр Владимирович
Экземпляры всего (): 1
Ч/з3 (1)
Свободны: Ч/з3 (1)

Доп.точки доступа:
Панин, Александр Владимирович
Экземпляры всего (): 1
Ч/з3 (1)
Свободны: Ч/з3 (1)

Список литературы 1.

2. Алексеев П.В., Панин А.В. Хрестоматия по философии М.,

3. Асмус В Ф. Античная философия. М., 1976.

4. Богомолов В С.

5. Брюшинкин В.Н. Практический курс для гуманитариев. М.,

6. Введение в философию: Учебник для вузов. Ч. 1, 2. М., 1989. 7 Горфункель А.Х. Философия эпохи Возрождения. М., 1984.

8. Замалеев А.Ф. Лекции по истории русской философии. М.,

9. Зеньковский В В. История русской философии. В 2 кн. В 4 ч.

10. История философии в кратком изложении. М., 1991.

11. Канке В.А Философия. Исторический и систематический

курс: Учебник для вузов. М., 1997.

12. Философия: Конспект лекций. М., 1991.

13. Краткий очерк истории философии. М., 1981.

14 Курбатов В.И. История философии: Конспект. Ростов-на- Дону, 1997.

15. Лаэртский Д. О жизни, учениях и изречениях знаменитых

философов. М., 1979.

16. Лосский Н А. История русской философии. М., 1991.

17. Мир философии. Книга для чтения. Ч. 1, 2. М., 1990

18. Нарский И.С. Западноевропейская философия XIX в. М.,

19. Нарский И С. Западноевропейская философия XVII в. М.,

20. Нарский И.С. Западноевропейская философия XVIII в. М.,

21. Немировская /7.3. Философия: Учеб, пособие. М., 1996.

22. Основы философии: Учеб, пособие для вузов. М., 1997.

23. Радугин А.А. Философия: Курс лекций. М., 1996.

24. Рассел Б. История западной философии. М., 1995.

25. Реале Д, Антисери Д. Западная философия от истоков до

наших дней. Кн. 1—4. СПб., 1995—1998.

26. Соколов В.В. Средневековая философия. М., 1979.

27. Философия в вопросах и ответах Ростов-на-Дону, 1997.

27. Философия: Учебник для вузов. Ростов-на-Дону, 1997.

29. Философия. Часть 1. История философии. М., 1996.

30. Философская энциклопедия. Т. 1—5. М., 1964.

31. Философский словарь. М., 1987.

32. Философский энциклопедический словарь. М., 1997.

33. Чанышев А.Я. Курс лекций подревней философии. М., 1981.

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *