Завещание это римское право

Завещание это римское право

53 НАСЛЕДОВАНИЕ ПО ЗАВЕЩАНИЮ

По римскому праву завещание — это распоряжение лица своим имуществом на случай смерти, содержавшее назначение наследника, без указания которого завещание признавалось не имеющим юридической силы. Также в завещании могли заключаться и иные распоряжения на случай смерти: легаты, фидеикомиссы, отпущение рабов на волю, назначение опекунов, распоряжения о погребении и т. д.

Завещание являлось односторонней сделкой, выражавшей волю наследодателя, который мог в любой момент и без каких-либо ограничений изменить или отменить составленное им ранее завещание.

Условия действительности завещания:

1) наличие специальной правоспособности для составления завещания, так как завещателями могли быть только дееспособные совершеннолетние римские граждане, не находящиеся под чужой властью. Завещателями не могли быть недееспособные, расточители, осужденные за порочащие преступления и др.;

2) надлежащее назначение в завещании наследника, который должен был обладать специальной правоспособностью, т. е. способностью быть назначенным в качестве наследника. Наследниками не могли быть дети государственных преступников, рабы, перегрины и др.;

3) соблюдение установленной формы завещания.

1) testamentum comitis calatis, т. е. объявление и утверждение перед Народным собранием своей воли;

2) testamentum in procinctu, т. е. объявление воином своей воли либо перед вступлением в поход, либо перед сражением.

1) устные (объявление и утверждение перед Народным собранием, объявление воином перед походом или сражением);

2) письменные (изложение завещателем своей воли на навощенных табличках, скрепленное подписями завещателя и не менее семи присутствующих лиц: завещателя, пяти свидетелей, доверенного лица, которое в последующем исполняло завещание).

Условия ничтожности завещания:

1) отсутствие у завещателя завещательной правоспособности;

2) несоблюдение формы завещания;

3) отсутствие действительного назначения наследника;

4) совершение завещания под заблуждением, принуждением или обманом. В римском праве завещание признавалось

недействительным в случаях:

1) отмены его завещателем, которая в древнейшем римском праве производилась путем составления нового завещания, а по претор-скому праву — путем уничтожения tabulae testamenti (срывом с них печатей);

2) потери завещателем завещательной правоспособности;

3) утраты назначенными наследниками своей специальной правоспособности, т. е. способности быть назначенными в качестве наследников;

4) смерти наследников ранее смерти завещателя;

5) непринятия наследниками наследства, т. е. отказа от наследства;

С самого раннего перио­да своего исторического развития римское право признавало законным распоряжение полноправного лица относительно остающегося после него наследства в виде индивидуального акта — завещания ( testamentum ). Завещание, как правило, охватывало имущественную часть наследства и в этом смысле оно было выражением собственнических прав, продолже­нием права индивидуальной собственности. Завещание занимало столь существенное место в семейной и имущественной «жизни» римлянина, что в римской юридической традиции сложился своеобразный культ завещания, подобно тому пиетету, с которым древние египтяне относились к заблаговременному созданию надгробных памятников.

Право на завещание или завещательная способность ( testamenti factio ) было важным элементом общей гражданской правоспособности римлянина. Подразумевалось, что не все лица могут делать завещатель­ные распоряжения, т.е. обладать активной завещательной способностью, и не все лица могут принимать наследство по завещанию, т.е. имеют пас­сивную завещательную способность.

Активной завещательной способностью обладали только совер­шеннолетние полноправные римские граждане, признававшиеся лицами sui juris , а также не подвергшиеся ограничению в правах; не могли делать завещаний расточители, безумные (т.е. находившиеся или должные на­ходиться под опекой или попечительством, причем римское право допус­кало, и признание такой необходимости post factum , что давало возмож­ность объявить уже данное завещание недействительным), лишенные права быть свидетелем (в качестве публичного ограничения в правах). Ограниченной завещательной способностью обладали женщины (требо­валось согласие опекуна; в более позднем римском праве женщины ста­ли обладать почти совершенной свободой завещания в отношении лично ей принадлежавшего имущества, но никаких других прав и обязательств наследство по женской линии не передавало), сыновья в римской семье, сословно неполноправные лица. Подразумевалось, что лишаются права делать завещания еретики, обвиненные в преступлениях «оскорбления величия» народа или монарха, состоящие в браке запрещенных степеней родства, клеветники, осужденные на политическую смерть.

Активной завещательной способностью необходимо было обла­дать непрерывно в течение всей жизни, в противном случае обладание ею на момент смерти требовало специального удостоверения.

Пассивной завещательной способностью , т.е. правом получить что-либо по завещанию, равно как и право вообще быть назначенным наследником в завещании (даже если потом ничего не будет получено реально), в римском праве обладал более широкий круг лиц. С некоторы­ми ограничениями ею обладали и женщины, и сословно неполноправ­ные субъекты (в отношении последних право быть наследником подразу­мевало наличие требования об обретении свободного состояния на момент принятия наследства). Сохранялись все ограничения на принятие по завещанию для лиц, обвиненных в государственных или религиозных преступлениях. Пассивной завещательной способности были лишены т.н. лица неопределенные ( personae incertae ) — т.е. нельзя было завещать лицу, не обладавшему не только ясным гражданским статусом, но половыми, возрастными и т.п. характеристиками. Допускалось делать завещания в пользу детей наследодателя, еще не родившихся ( postumii ), но их завеща­тельная способность была, во-первых, краткосрочной (не долее 10 меся­цев со дня смерти отца), во-вторых, обставлялась целым рядом условий о качестве брака и т.п. Воспреемниками наследства по завещанию могли быть и юридические лица — но только публичного права. Обладание пас­сивной завещательной способностью должно было быть неизменным и на момент составления завещания, и на момент смерти наследодателя, и на момент принятия наследства.

Сочетание требований об активной и пассивной завещательной способности предопределяли довольно строгие требования и к форме завещания.

Наследник в завещании должен быть назначен персонально и поименно (за исключением строго оговоренных случаев наследства postumii ). Возможно было подназначение наследника, но также персональ­ное и поименное (на случай, если первый наследник умрет, обезумеет, впадет в преступление и т.д.) — т.н. substitutio .

Завещание могло быть сделано в устной и в письменной форме. Устное завещание ( testamentum per nuncupationem ) развилось из семей­ных распоряжений древнейшей эпохи и главенствовало в римском праве классической эпохи. Устное завещание предписывалось делать в виде торжественной процедуры, сходной с процедурой отчуждения-манципации, либо с участием народа (в куриатных комициях), либо перед 7 свидетелями, которые в древнейший период свидетельствовали содержание завещания, а позднее — только факт завещательного распоряжения. Письменное завещание ( testamentum per scripturam ) должно было представ­лять документ, определенным образом составленный, с подписью завеща­теля. Участие свидетелей требовалось уже для удостоверения подлиннос­ти акта; они прикладывали свои печати и подписи к документу или к хра­нящему его ковчежцу (ящику), не обязательно зная о содержании распоряжений. Если завещатель был слеп, нем, глух, то в процедуре составле­ния письменного завещания должен был участвовать нотариус; за негра­мотною завещателя мог подписаться еще один свидетель. Завещание обя­зательно должно было заключать дату составления и поминать об обсто­ятельствах его составления; процедура составления завещания (равно в устной или письменной форме) должна быть одномоментной: перерывы, замена одних свидетелей на других не допускались. Если завещательное распоряжение сводилось только к «штучному» разделу наследства меж­ду наследниками по закону, то его составление могло проходить без сви­детелей. Соблюдение требований наследования по закону во многом уп­рощало процедуру составления завещания.

В связи с распространением письменной формы завещания в эпо­ху рецепции хранение и вскрытие завещаний стало особо регулируемой процедурой. Завещания хранились либо в государственной казне, либо — позднее — у нотариуса. Вскрытие завещания должно было произойти не позднее 5 дней с открытия наследства (или смерти завещателя); право­вые гарантии оплачивались 5%-ными пошлинами.

Право завещания не было абсолютным, ни с чем ни считающим­ся волеизъявлением наследодателя. В интересах семьи и общества (в чем отразилось и предпочтение законного порядка наследопреемства в римс­ком праве) завещатель в своих распоряжениях ограничивался, во-первых, необходимостью предоставить обязательные доли своим родственникам, во-вторых, наличием широких возможностей объявить завещание недей­ствительным.

Требование обязательной доли ( portio debita ) заключалось в том, что нельзя было обходить молчанием в своем завещании наследников по закону. Либо они должны были получить причитающиеся им по закону доли наследства, либо гарантированные правом специально установлен­ные минимальные доли; в противном случае они имели право предъя­вить иски по поводу неправильно составленного завещания. Право на обя­зательную долю имели все прямые нисходящие и восходящие родствен­ники когнатического родства, они должны были быть названы в завещании поименно и каждому определена его доля. Для исключения кого-либо от наследства требовались веские причины: правом устанавливались толь­ко строго определенные 14 видов проступков против публичного поряд­ка и против завещателя при его жизни, по которым, с приведением необходимых свидетельств, можно было законно лишить наследника его обя­зательной доли. При отсутствии такой мотивировки родственники имели право предъявить иск о нарушении завещателем нравственной обязанно­сти, причем это могло быть сделано еще при жизни завещателя.

Завещание могло быть признано недействительным по целому ряду оснований. Завещание считалось ничтожным по своим распоряжениям ( t . nullum ), если оно составлялось в нарушение всех предписанных правил или же неспособным в правовом смысле завещателем. Незаконным заве­щанием ( t . injustum ) признавалось такое, которое было составлено не по законному обряду. Завещание прерванное ( t . ruptum ) свидетельствовало о недостаточном праве завещателя в силу его семейного положения на заве­щательные распоряжения; оно могло быть возобновлено полномочным завещателем или при изменении семейного статуса. Претор допускал возможность получения наследства и по прерванному завещанию. Завещание могло быть неутвержденным ( t . irritum ), если к моменту открытия наследства правоспособность завещателя претерпела изменения. Тщетным ( t . deslitum ) считалось такое распоряжение, которое было адресовано несуществующему в действительности наследнику. Завещание, наконец, могло быть отмененным ( t . rescissum ) судом в силу тех или других исковых тре­бований, в первую очередь при жалобе законных наследников на беспри­чинность лишения их полностью или частично причитающейся им по за­кону доли наследства либо даже и обязательной доли.

93. Наследование по завещанию.

Завещанием (testamentum) в римском праве называлось распоряжение физического лица на случай своей смерти, в обязательном порядке содержащее назначение наследника. Если наследник не назначался, такой документ не мог быть признан завещанием, не нес соответствующих правовых последствий.

Для совершения завещания требовалось специальное качество физического лица — активная завещательная способность (testamentifactio activa>, которой не обладали недееспособные лица, лица, осужденные за порочащие преступления (подвергнутые infamia), некоторые другие категории физических лиц.

Для назначения лица наследником последнее должно было, в свою очередь, обладать пассивной завещательной способностью (testamentifactio passive). Такого правового качества личности не было, в частности, у детей государственных преступников, поначалу не признавались в этом качестве постумы, то есть дети, уже зачатые, но еще не родившиеся к моменту смерти наследодателя. При этом лицо, хоть и обладавшее testamentifactio passiva, в силу закона могло быть ограничено в правах на получение наследства. Например, законом Августа о борьбе с безбрачием и бездетностью было установлено, что не состоящие в браке мужчины и женщины, достигшие брачного возраста (25-60 лет для мужчин, 20-50 лет для женщин), могут получить наследство только после ближайших родственников.

Другие публикации:  Заявление на налоговые каникулы для ип

Форма завещания, чрезвычайно громоздкая в древнейший период, постепенно упрощалась (требовалось присутствие семи свидетелей, письменная форма не была обязательным условием совершения завещания). Наряду с совершаемыми таким образом частными завещаниями в Древнем Риме существовали также публичные завещания с участием государственных органов:

1. Путем занесения завещания в протокол суда или определенного магистрата.

2. Путем передачи в императорскую канцелярию письменного завещания на хранение.

В древнейшую эпоху воля завещателя ничем не ограничивалась, однако в дальнейшем постепенно стали появляться ограничения завещательной свободы лица. По цивильному праву завещатель не мог обходить своих подвластных молчанием: в завещании он обязан был назначить их наследниками или прямо лишить их наследства, причем не мотивируя причины такого своего решения. Подвластные сыновья наследодателя при отказе им в наследстве должны были быть перечислены поименно, дочерей в таком случае можно было не называть отдельно по имени. Нарушение указанного порядка в отношении сына, являющегося потенциальным наследником, влекло за собой ничтожность соответствующего завещания и открытие наследства по закону.

В ходе исторического развития древнеримского социального порядка помимо обязательного указания на обязательных наследников в тексте завещания практикой центумвиральных судов (разбиравших споры, связанные с наследованием) был установлен обязательный минимум доли в наследстве для ближайших родственников наследодателя. Это право стало защищаться особым иском guerela inofficiosi testament, в случае обоснованности указанного иска суд при разрешении соответствующего дела использовал правовую фикцию о том, что завещатель в момент завещания был умственно неполноценен, в силу чего завещание следует признать недействительным (полностью или в определённой доле, с тем чтобы обязательные наследники получили свою долю в наследстве умершего). Претором было признано также право на обязательную долю в наследстве за эмансипированными детьми наследодателя. В классический период данное право было распространено также на нисходящих и восходящих родственников наследодателя в безусловном порядке, а также на его братьев и сестер при условии назначения наследником по завещанию опороченного лица. Размер обязательной доли в наследстве по общему праву составлял четверть от той доли, которую получил бы соответствующий наследник при наследовании по закону в установленном порядке. При этом завещание могло сохранить долю и без учета обязательной доли наследника, если таковая была предусмотрена по уважительной причине (в классический период причина признавалась уважительной по усмотрению суда, в Юстиниановом праве по этому поводу существовал специальный исчерпывающий перечень. Если завещатель лишь частично лишал своего наследника обязательной доли, соответствующему заинтересованному лицу предоставлялся специальный иск «о дополнении законной доли».

Наследник должен быть определенным образом быть указан в завещании, ни у кого не может складываться сомнений относительно определенности личности (persona certa) наследника. К числу наследников первоначально не могли относиться постумы, юридические лица. В императорский период назначение в завещании наследниками и тех и других было разрешено. Назначение наследника под условием допускалось только в том случае, если это условие носило отлагательный и бессрочный характер. Например, назначение как бы запасного наследника на случай, если назначенный на первом месте наследник по тем или иным причинам не сможет или не захочет принять наследство (так называемое «подназначение наследника» по завещанию).

Завещание это римское право

8.2. Наследование по завещанию

Понятие наследования по завещанию. Завещание – одностороннее формальное гражданско-правовое распоряжение лица на случай его смерти, содержащее назначение наследника. Завещание – это односторонняя сделка, в которой выражалась воля завещателя о переходе после его смерти имущества другим лицам.

Для юридической силы завещания требовался ряд условий. Прежде всего необходимо было соблюсти форму завещания. По цивильному праву воля завещателя должна быть выражена или в народном собрании, или путем обряда ма н ципации («посредством меди и весов»), или перед строем войска (завещание воина перед сражением). В поздний пери од империи стали применяться новые формы завещания, как публичные, так и частные. Публичные завещания сводились к занесению завещания в протокол суда, либо в протокол магистрата, либо к передаче письменно оформленного завещания в императорскую канцелярию. Частные завещания оформлялись в присутствии семи свидетелей. Они могли быть как письменными, так и устными. Существовала специальная форма завещания, оформляемая слепыми. Она требовала нотариального заверения.

Для действительности завещания требовалось, чтобы завещатель обладал активной завещательной способностью (testamenti factio activa), а наследник – пассивной завещательной способностью (testamenti factio passiva).

Активной завещательной способностью не обладали малолетние (лица женского пола моложе 12 лет и лица мужского пола моложе 14 лет), душевнобольные, расточители, подвластные, рабы, лица, осужденные за некоторые государственные преступления, и глухонемые. Женщины вначале не пользовались активной завещательной способностью. Однако со II в. н. э. они получили право завещать имущество с согласия опекуна. После прекращения опеки женщины получили право завещать имущество.

Пассивной завещательной способностью не пользовались перегрины, лица, лишенные чести, рабы и юридические лица.

Сыновья, обладавшие пекулием, могли распоряжаться по ловиной пекулия.

Государственные рабы могли распоряжаться половиной своего имущества. Если раб по завещанию освобождался из рабства, он мог наследовать имущество.

В период империи отдельные юридические лица в лице благотворительных коллегий и учреждений, городских общин и т. п. были наделены завещательной способностью. Исключение составляли лишь «деловые» корпорации. Так, в 169 г. до н. э. Закон Викония определил, что лица с имуществом в 100 тыс. сестерциев и выше не могут передавать имущество в наследство женщинам.

Цивильное право требовало указать в завещании наследника по имени. Ввиду этого цивильное право вначале не предусматривало наследование имущества лицами, зачатыми при жизни завещателя, но к моменту его смерти еще не родившимися (postumi). Позднее эти лица получили право наследовать имущество.

Необходимое наследование. В древнюю эпоху завещатель пользовался неограниченной свободой распоряжаться наследственным имуществом. Со временем отмечается ограничение завещательной свободы. Завещатель не должен был обходить молчанием своих непосредственно подвластных лиц. Он должен был или назначить их наследниками или лишить их наследства. В последнем случае не требовалось указания причин. Сыновья лишались наследства поименно. Дочери и внуки могли быть исключены общей фразой. Уклонение от этой формальности по квиритскому праву в отношении сыновей делало завещание недействительным и открывало наследование по закону. При умолчании в отношении других лиц они призывались к наследованию вместе с теми, кто был указан в завещательном распоряжении. Последующее развитие наследственного права было связано с дальнейшим ограничением свободы завещательных распоряжений. Уже позднее в республиканский период завещатель был обязан завещать наиболее близким родственникам обязательную долю (portio debita). Завещания, в которых устранялись от наследования ближайшие наследники, стали признаваться судами недействительными.

Право на обязательную долю получили родственники по нисходящей и восходящей линии завещателя, а также его братья и сестры. Размер обязательной доли вначале определялся 1 /[4] части того, что данное лицо получило бы при наследовании по закону. В законодательстве Юстиниана размер обязательной доли стал равен 1 /2 доли, причитающейся каждому наследнику по закону, если эта доля была меньше 1 /4 всего наследства, и 1 /[3] законной доли, если она была больше 1 /4 всего наследства.

Лишение кого-либо из наследников обязательной доли допускалось лишь в случаях, указанных в законе. К ним относились действия наследников, угрожавшие жизни отца, вступление наследников в брак вопреки воле родителей и др.

Завещанием возможно было назначить второго наследника, если первый по причине смерти или других обстоятельств не вступит в наследство. Это получило название «подназначение наследника», или «субституция» (substitutio). Субституция имела место также тогда, когда завещатель назначал наследника своему малолетнему по нисходящей линии, если тот, не достигнув совершеннолетия, умрет по причине болезни.

Завещание, составленное с соблюдением требований закона, могло быть признано не имеющим силы, если завещатель отказывался от него и составлял новое завещание, а также если завещание уничтожалось либо стало доступно посторонним до смерти завещателя. В период империи появилось два новых положения. В силу первого положения завещание утрачивало силу, если в течение 10 лет со дня его составления наследство не было открыто. Позже появилось правило, что через 10 лет после составления завещания оно может быть изменено в присутствии трех свидетелей.

Если завещание признавалось недействительным либо отсутствовало, наступало наследование по закону.

Содержание завещания. Официальным языком для составления завещания был латинский, с течением времени стало разрешаться составлять завещание также и на греческом языке.

Назначение наследников было необходимым элементом любого завещания (institutio heredis). Считалось, что это «caput etfun-damentum totius testamenti» – «начало и основание всего завещания». Наследники обозначались в самом начале завещания в торжествен ной форме («да будет такой-то наследником»), но с развитием преторского права стали допускаться более короткие и менее торжест венные фразы.

Во времена Августа появилась возможность упоминания наследника в специальном приложении («кодицилл») уже после составления завещания.

Подназначение наследников допускалось и могло осуществляться следующими способами:

– обычное подназначение (substitution vulgaris) – обозначение в завещании «запасного» наследника на случай, если основной умрет или откажется от наследства. Возможно, было и назначение третьего наследника уже на случай непринятия наследства вторым наследником. Первоначально второй наследник получал только имущество наследодателя, а распоряжения (например, по предоставлению легатов) сохранялись за первым наследником. Однако законодательно была установлена обязанность подназначенного наследника принять на себя и обязательства основного наследника;

– подназначение малолетнему (substitution pupillaris) – указание следующего наследника на случай, если унаследовавший имущество малолетний умрет, не успев составить завещания (т. е. умрет до своего совершеннолетия). Такое лицо называлось «наследником малолетнего» и наследовало не напрямую после наследодателя, а уже после малолетнего.

Наследники должны были обладать пассивной завещательной правоспособностью.

Разрешалось указывать в завещании не все имущество завещателя, а только его часть.

Завещатель мог возложить на наследника выполнение каких-то обязанностей (реальное выполнение их наследником обеспечивалось только административно: по римским правилам ставший наследником остается наследником навсегда, условная отмена наследника или установление наследника «на период» или «после истечения какого-то срока» не допускались, такие условия считались ненаписанными). Сделанные в завещании указания не должны были быть аморальными или противоправными. В этом случае они игнорировались. В форме распоряжений назначались опекуны и попечители, давались указания об освобождении рабов после смерти завещателя и др.

Формы завещания. По свидетельству Га я (gai. 2. 100), в древнейшем праве существовали две формы завещания. Обе формы были выражением воли наследодателя перед рим ским народом. Однако порядок совершения этих двух видов завещания, так же как и условия, в которых они совершались, были различны.

1. Публичный акт гласного завещания совершалось в народном собрании по куриям, которое созывалось для этого два раза в год. Завещатель устно выражал свою волю, т. е. прежде всего назначал себе наследника, а кроме того, мог распорядиться о выдаче наследником легатов, мог назначить опекуна жене и несовершеннолетним детям и т. п., а затем обращался к народу с просьбой, например: так я передаю имущество, отказываю, завещаю, и вы, квириты, засвидетельствуйте это. В более позднее время это обращение к народу и самое участие народа в совершении завещания стали простой формальностью.

Другие публикации:  Субсидия на жильё ветеранам боевых действий

2. Второй формой древнейшего завещания было завещание in procinctu (по словам Гая, procinctus есть готовое к походу вооруженное войско – expeditus et armatus exercitus) (Gai. 2. 101).

Обе древнейшие формы завещания имели ряд недостатков: во-первых, обе формы неизбежно влекли за собой гласность завещательных распоряжений, которая не всегда соответствовала интересам завещателя; во-вторых завещание comitiis calatis могло совершаться только дважды в году в определенные дни, а завещание in procinctu было недоступно лицам, не входившим в состав войска, в частности старикам и больным, т. е. тем, кто был особенно заинтересован в совершении завещаний.

Практика нашла способ удовлетворить соответствующие интересы, использовав здесь, как и в ряде других случаев, манципацию. Завещатель передавал посредством манципации все свое имущество доверенному лицу (familiae emptor), который обязывался выполнить распоряжения, делавшиеся тут же завещателем. Держа в руках слиток металла, в присутствии пяти свидетелей, казначея и доверенного лица произносил формулу манципации, приспособленную для данного случая. После этого он передавал слиток завещателю, а затем завещатель излагал свои распоряжения и обращался к свидетелям с просьбой, подобной той, с какой завещатель обращался к народу в народном собрании. Устные распоряжения завещателя составляли торжественное обещание и присоединялись к манципации.

Эта форма завещания могла быть использована в любое время. Но, как и древнейшие формы завещания, она делала его гласным. Чтобы избежать этого недостатка, была введена письменная форма завещания: после совершения манципации завещатель передавал доверенному лицу навощенные таблички (tabulae testamenti), на которых была изложена воля завещателя, и говорил: «Как написано в этих навощенных табличках, так я и распоряжаюсь». Вслед за этим таблички завязывались шнурком и скреплялись печатями и подписями как завещателя, так и всех присутствующих при совершении акта семи лиц: доверенного лица, пяти свидетелей и казначея.

Наряду с описанными формами частного завещания в период домината появились публичные формы завещания: завещание, заявленное перед судом (testamentum apud acta conditum), и завещание, передававшееся на хранение императору (testamentum principi oblatum).

Помимо общих существовали и специальные формы завещания, сложные для одних особых случаев и упрощенные – для других. Так, например, завещания слепых совершались не иначе как с участием нотариуса. Во время эпидемии допускалось отступление от правила (unitas actus), в частности, в отношении одновременного присутствия всех участвующих в совершении завещания лиц. Завещание, которое содержало только распределение имущества между детьми завещателя, не требовало подписей свидетелей. Наконец, вследствие «крайней неопытности» в делах было вовсе свободно от форм завещание солдат (testamentum militis).

Завещательная правоспособность. Завещательная правоспособность – это способность составлять завещания, а также способность выступать в качестве наследника по завещанию. Завещательная правоспособность была активной и пассивной.

Активная завещательная правоспособность – это способность составлять завещания. Она предполагала по общему правилу наличие общей правоспособности в области имущественных отношений. Однако государственные рабы имели право распоряжаться по завещанию половиной своего имущества. В то же время самые формы завещаний делали их недоступными для всех тех, кто не принимал участия в народных собраниях или не нес воинской службы: для несовершеннолетних, для женщин и т. д. Но для женщин было установлено особое правило: женщины, даже правоспособные, были до II в. н. э. вовсе лишены права совершать завещания. Во II в. им было предоставлено право совершать завещания с согласия опекуна. С отпадением опеки над женщинами они приобрели полную активную завещательную правоспособность.

Пассивная завещательная правоспособность – это способность быть наследником, легатарием, опекуном по завещанию. Пассивная завещательная правоспособность также не совпадала с общей. Прежде всего можно было составить завещание в пользу раба, своего или чужого. Если раб был назначен наследником в завещании господина, то такое назначение должно было сопровождаться, а позднее предполагалось неразрывно связанным с освобождением раба, который в то же время не имел права не принять наследства. Он становился необходимым наследником (heres necessarius).

Если раб был до открытия наследства отчужден господином, он принимал наследство по приказу нового собственника, который и становился приобретателем этого наследства. Если раб был к моменту открытия наследства освобожден из рабства, он являлся наследником в собственном смысле слова и был вправе принять наследство или отречься от него. Таким образом, пассивная завещательная правоспособность рабов служила прежде всего интересам рабовладельцев: в одних случаях она давала господину необходимого наследника, т. е. лицо, которое обязано было принять на себя ответственность по долгам наследодателя, в других случаях она ставила господина в такое же положение, как если бы он сам был назначен наследником. Единственным случаем, в котором пассивная завещательная правоспособность служила непосредственно интересам раба, был случай, когда раб был до открытия наследства освобожден от рабства: в этом случае он оставался наследником и был вправе по своему усмотрению принять наследство или отречься от него.

По плебисциту lex Voconia (169 г. до н. э.) воспрещено было назначение женщин, кроме весталок, наследницами граждан, внесенных в ценз в качестве обладателей имущества стоимостью в 100 тыс. сестерциев и выше. Это была мера, направленная против расточительности со стороны женщин высших общественных слоев. С отпадением ценза эта мера утратила практическое значение.

Существенное значение имело действовавшее долгое время запрещение назначать наследниками не вполне определенных лиц (incertae personae), с чем связывалось запрещение назначать наследниками лиц, еще не зачатых к моменту составления завещания (postumi). Однако и цивильное право допустило в дальнейшем назначение наследниками всех могущих родиться детей наследодателя (sui postumi), а преторское право признало законным и назначение наследником младшего, не находящегося в родстве.

По тем же соображениям не допускалось назначение наследниками тех объединений, которые представляли собой в Риме зачатки юридических лиц, за которыми лишь в отдельных случаях была признана пассивная завещательная правоспособность.

Наследование по завещанию

Понятие и формы завещания

239. Определение завещания. Ульпиан так определял завещание:

Testamentum est mentis nostrae iusta contestatio in id sollem-niter factum, ut post mortem nostram valeat (D. 20. 1. 1). — Завещание есть правомерное выражение воли, сделанное торжественно для того, чтобы оно действовало после нашей смерти. Это определение неточно, в нем нет указания на основное содержание римского завещания: на heredis institutio, назначение наследника, т.е. универсального правопреемника наследодателя. Между тем без такого назначения нет и завещания. Первоначально требовалось назначение в торжественной форме: Titius heres mens esto или Titium heredem esse iubeo. Только с 339 г. (С. 6. 3. 15) было предоставлено назначить наследника в любых выражениях.

Для того чтобы завещание произвело юридический результат, на который оно направлено, необходимо было, чтобы а) оно было совершено в установленной форме; б) лицом, обладающим так называемой активной завещательной правоспособностью (testamenti factio activa); в) с назначением наследником лица, обладавшего пассивной завещательной правоспособностью (testamenti factio passiva), (п. 241 и сл.).

Надо было также, чтобы надлежащим образом составленное завещание не оказалось в дальнейшем до смерти завещателя пораженным одним из обстоятельств, которые могли лишить его силы.

240. Формы завещания. По свидетельству Гая (2.100), в древнейшем праве существовали две формы завещания: а) testamentum comitiis calatis и б) testamentum in procinctu. Та и другая форма была выражением воли наследодателя перед римским народом. Однако порядок совершения этих двух видов завещания, так же как и условия, в которых они совершались, были различны.

(1) Завещание comitiis calatis совершалось в народном собрании по куриям, которое созывалось для этого два раза в год. Завещатель устно выражал свою волю, т.е. прежде всего назначал себе наследника, а кроме того, мог распорядиться о выдаче наследником легатов, мог назначить опекуна жене и несовершеннолетним детям и т.п., а затем обращался к народу с просьбой, по-видимому, в таких приблизительно выражениях: ita do, ita lego, ita testor, itaque vos, Quirites, testimonium mihi perhibitote — так я передаю имущество, отказываю, завещаю, и вы, квириты, засвидетельствуйте это.

В более позднее время это обращение к народу и самое участие народа в совершении завещания стали простой формальностью. Но в древнейшие времена это было, разумеется, не так. Однако в литературе нет единодушного взгляда на сущность завещания comitiis calatis. В то время как одни ученые (Зом, Шулин) усматривают в этом завещании не что иное, как arrogatio, т.е. введение постороннего лица в семью для сообщения ему прав наследника по закону, другие (Жирар, Покровский) считают testamentum comitiis calatis завещанием в собственном смысле, не продолжением, а отступлением от порядка наследования по закону, для санкции которого и требовалось согласие народа. Народ мог и отвергнуть rogatio наследодателя и, вероятно, отвергал ее, когда ее содержание не соответствовало обычаям и господствовавшим воззрениям. Многие историки римского права (Иеринг, Зом, Миттейс) полагают, что это право сохранялось за народным собранием еще во время издания законов XII таблиц.

Однако римские юристы усматривали в словах законов XII таблиц «uti legassit super pecunia tutelave suae rei, ita ius esto» признание свободы завещательных распоряжений. Помпоний говорил, что эти слова облекли завещателя «широчайшей властью». Поэтому и некоторые историки римского права (Жирар) считают, что уже в эпоху законов XII таблиц завещание в народном собрании было только публичным заявлением частной воли. Как бы то ни было, но таким оно, несомненно, стало в более позднее время.

(2) Второй формой древнейшего завещания было завещание in procinctu (по словам Гая, procinctus есть готовое к походу, вооруженное войско — expeditus et armatus exercitus) (2. 101).

Обе древнейшие формы завещания представляли ряд недостатков: а) обе формы неизбежно влекли за собою гласность завещательных распоряжений, которая не всегда соответствовала интересам завещателя; б) testamentum comitiis calatis могло совершаться только дважды в году в определенные дни, а testamentum in procinctu было недоступно лицам, не входившим в состав войска, в частности старикам и больным, т.е. тем, кто был особенно заинтересован в совершении завещаний.

Практика нашла способ удовлетворить соответствующие интересы, использовав здесь, как и в ряде других случаев, mancipatio. Testamentum per mancipationem или testamentum per aes et libram заключалось в том, что завещатель передавал посредством mancipatio все свое имущество доверенному лицу, familiae emptor, который обязывался выполнить распоряжения, делавшиеся тут же завещателем. Держа в руках слиток металла, в присутствии пяти свидетелей и libripens, familiae emptor произносил формулу mancipatio, приспособленную для данного случая:

Другие публикации:  Отчетность гаражного кооператива 2019

Familiam pecuniamque tuam endo mandatela tua custodelaque mea esse aio et quo tu iure testamentum facere possis secundum legem publicam, hoc aere aeneaque libra esto mihi empta (Гай. 2. 104). — Я утверждаю, что твое имущество находится по твоему указанию под моей охраной и оно пусть будет мною куплено за эту медь, в соответствии с твоим правом завещать имущество согласно публичному закону.

После этого он передавал слиток завещателю, а затем завещатель излагал свои распоряжения и обращался к свидетелям с просьбой, подобной той, с какой завещатель обращался к народу в народном собрании: «Ita do, ita lego, ita testor, itaque vos, Quirites, testimonium mihi perhibitote».

Устные распоряжения завещателя составляли nuncupation, присоединявшуюся к mancipatio и получавшую юридическую силу благодаря известному правилу законов XII таблиц: cum nexum faciet mancipiumque uti lingua nuncupassit ita ius esto.

Эта форма завещания могла быть, разумеется, использована в любое время. Но, как и древнейшие формы завещания, она делала его гласным. Чтобы избежать этого недостатка, была введена письменная форма завещания: после совершения mancipatio завещатель передавал familiae emptor’y tabulae testamenti, навощенные таблички, на которых была изложена воля завещателя, и говорил: «Наес ita ut in his tabulis cerisque scripta sunt ita do, ita lego, ita testor» — «Как написано в этих навощенных табличках, так я и распоряжаюсь». Вслед за этим tabulae завязывались шнурком и скреплялись печатями и подписями как завещателя, так и всех присутствующих при совершении акта семи лиц: familiae emptor, пяти свидетелей и libripens’a.

Один недостаток оставался, однако, общим для обеих разновидностей завещания: familiae emptor становился обладателем всего имущества завещателя, после смерти которого он ставился в положение наследника, heredis loco. Правда, исполнение им обязанностей, возложенных на него nuncupatio, санкционировалось не одной только fides, как в других фидуциарных сделках, но также и иском, который вправе были предъявить к нему все те, кому чтонибудь было отказано в завещании. Но все же familiae emptor был неизбежным юридическим средостением между завещателем и теми, в чью пользу завещатель желал сделать распоряжение.

Однако со временем mancipatio и nuncupatio обменялись ролями: основным моментом завещания per aes et libram стала nuncupatio, a на mancipatio стали смотреть как на некоторый формальный привесок, в котором familiae emptor играл роль простого фигуранта и который, по словам Гая (2. 103), «dicis gratia propter veteris iuris imitationem adhibetur» (фигурирует по названию, в подражание древнему праву).

В то же время письменная форма завещания per aes et libram начала все больше вытеснять устную, и во второй половине республики претор объявил в эдикте, что он дает bonorum possessio secundum tabulas testamenti тому, кто представит письменное завещание, скрепленное установленным по закону числом печатей. Если, однако, это завещание не сопровождалось mancipatio, то наследство подлежало выдаче цивильному наследнику в случае предъявления им иска: bonorum possessio была sine re. Но во II в. до н.э. было установлено, что bonorum possessor’y дается exceptio doli против иска цивильного наследника о выдаче ему наследства, petitio hereditatis; bonorum possessio стала cum re. Преторское письменное завещание стало равноправным с завещанием per aes et libram. По конституции 439 г. законную силу приобретало уже всякое письменное завещание, подписанное завещателем и семью свидетелями. Это и было нормальное частное завещание позднейшего римского права. Наряду с ним продолжало существовать и устное завещание в форме nuncupatio после мнимой продажи наследства, которой уже не требует, однако, право периода домината: законно и устное завещание, совершенное в присутствии семи свидетелей. Как для письменного, так и для устного завещания требовалась unitas actus: вся процедура совершения завещания должна была протекать без перерывов.

Наряду с описанными формами частного завещания в период домината появились публичные формы завещания: testamentum apud acta conditum — завещание, заявленное перед судом, и testamentum principi oblatum — завещание, передававшееся на хранение императору.

Помимо общих существовали и специальные формы завещания, усложненные для одних особых случаев и упрощенные для других. Так, например, завещания слепых совершались не иначе как с участием нотариуса. Во время эпидемии допускалось отступление от правила unitas actus, в частности, в отношении одновременного присутствия всех участвующих в совершении завещания лиц. Завещание, которое содержало только распределение имущества между детьми завещателя, не требовало подписей свидетелей. Наконец, вследствие «крайней неопытности» в делах было вовсе свободно от форм завещание солдат — testamentum militis.

Завещательная правоспособность

241. Активная завещательная правоспособность. Активная завещательная правоспособность предполагала, по общему правилу, наличие общей правоспособности в области имущественных отношений. Однако servi publici имели право распоряжаться по завещанию половиной своего имущества. Такое же право было признано за personae in potestate в отношении их peculium castrense и quasi castrense (см. п. 145). С другой стороны, были лишены этого права intestabiles (п. 125), в императорском праве — еретики. В то же время сами формы завещаний comitiis calatis и in procinctu делали их недоступными для всех тех, кто не принимал участия в народных собраниях или не нес воинской службы: для несовершеннолетних, для женщин и т.д. Но для женщин было установлено особое правило: женщины, даже sui iuris, были до II в. вовсе лишены права совершать завещания. Во II в. им было предоставлено право совершать завещания с согласия опекуна. С отпадением опеки над женщинами они приобрели полную testamenti factio activa.

242. Пассивная завещательная правоспособность. Пассивная завещательная правоспособность также не совпадала с общей. Прежде всего можно было составить завещание в пользу раба своего или чужого. Если раб был назначен наследником в завещании господина, то такое назначение должно было сопровождаться, а позднее предполагалось неразрывно связанным с освобождением раба, который в то же время не имел права не принять наследства. Он явился heres necessarius, необходимым наследником.

Если раб был до открытия наследства отчужден господином, он принимал наследство по приказу нового собственника, который

И становился приобретателем этого наследства. Если раб был к моменту открытия наследства освобожден из рабства, он являлся наследником в собственном смысле слова и был вправе принять наследство или отречься от него. Таким образом, пассивная завещательная правоспособность рабов служила прежде всего интересам рабовладельцев: в одних случаях она давала господину необходимого наследника, т.е. лицо, которое обязано было принять на себя ответственность по долгам наследодателя, в других случаях она ставила господина в такое же положение, как если бы он сам был назначен наследником. Единственным случаем, в котором пассивная завещательная правоспособность служила непосредственно интересам раба, был случай, когда раб был до открытия наследства освобожден из рабства: в этом случае он оставался наследником и был вправе по своему усмотрению принять наследство или отречься от него.

Указанные в п. 241 как не имеющие активной завещательной правоспособности intestabiles и еретики не имели и пассивной завещательной правоспособности.

По плебисциту lex Voconia (169 г. до н.э.) воспрещено было назначение женщин, кроме весталок, наследницами граждан, внесенных в ценз в качестве обладателей имущества стоимостью в 100 тысяч сестерций и выше. Это была мера, направленная против расточительности со стороны женщин высших общественных слоев. С отпадением ценза эта мера утратила практическое значение.

Существенное значение имело действовавшее долгое время запрещение назначать наследниками incertae personae, т.е. не вполне определенных лиц, с чем связывалось запрещение назначать наследниками postumi, т.е. лиц, еще не зачатых к моменту составления завещания. Однако и цивильное право допустило в дальнейшем назначение наследниками всех sui postumi, т.е. могущих родиться детей наследодателя, а преторское право признало законным и назначение наследником postumus alienus.

По тем же соображениям не допускалось назначение наследниками тех объединений, которые представляли собою в Риме зачатки юридических лиц, за которыми лишь в отдельных случаях была признана testamenti factio passiva.

Подназначение наследника

243. Substitutio. Рядом с простой institutio heredis допускалась, по-видимому, с древнейших времен substitutio, т.е. назначение второго наследника на случай, если первый почему-либо не станет наследником, например: Titius heres esto, si Titius heres non erit Seius heres esto.

244. Substitutio pupillaris и quasi-pupillaris. Кроме такой substitutio vulgaris допускались substitutio pupillaris и quasi-pupillaris, при помощи которых родители назначали наследника своему малолетнему или безумному нисходящему на случай, если он, хотя бы и став наследником, умрет, не достигнув совершеннолетия или выздоровления.

Утрата завещанием силы

245. Хотя завещание сохранило на всем протяжении истории Рима значительные черты формализма, однако со времени классических юристов складывается то, что называли залог favor testament!, т.е. тенденция при помощи благоприятного толкования сохранять, насколько то было возможно, силу завещаний. Так, например, если кто-нибудь был назначен наследником под невозможным условием, условие считалось ненаписанным (pro non scripto habetur), а назначение наследника безусловным.

Однако и завещание, составленное с соблюдением всех требований закона, могло утратить силу до открытия наследства, прежде всего вследствие отмены его завещателем, которая в древнейшее время могла быть произведена только путем составления нового завещания, а по преторскому праву уничтожением tabulae testamenti, срывом с них печатей и т.п. В период империи сначала было постановлено, что завещание утрачивает силу, если до истечения десяти лет со дня его составления не будет открыто наследство, а затем во изменение этого правила Юстиниан постановил, что по истечении десяти лет завещание может быть изменено соответствующим заявлением в присутствии трех свидетелей. В период империи допускалось также внесение в завещание изменений путем составления кодициллов и распоряжений о фидеикомиссах <см. п. 273).

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *