Иск потерпевшего

Разъясняем законодательство

Потерпевший имеет право заявить гражданский иск

Вопрос: Летом этого года на остановке общественного транспорта меня избили неизвестные лица, в результате чего мне были причинены различные травмы, 2 недели я пролежал в больнице в хирургическом отделении. В настоящее время лечусь дома, постоянно трачу деньги на приобретение лекарств. Уголовное дело возбуждено, обвиняемые находятся под подпиской о невыезде. Но нет полного удовлетворения, так как на лечение уходит много денег, да и во время избиения на мне была порвана одежда и сломан телефон. Имею ли я право на возмещение причиненного мне материального вреда и как все это лучше оформить?

Отвечает старший помощник прокурора Рыльского района Тимур Мокаев:

Вы имеете такое право, лучше всего это сделать в рамках уголовного процесса, чтобы не затягивать судебные тяжбы.
В соответствии со ст. 44 УПК РФ право заявлять гражданский иск возникает с момента возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного уголовного дела в суде первой инстанции. Главным требованием закона при этом является наличие прямой связи между причиненным вредом и совершенным преступлением.
При предъявлении гражданского иска гражданский истец освобождается от уплаты государственной пошлины.
Решение о признании гражданским истцом оформляется определением суда или постановлением судьи, следователя, дознавателя (в зависимости от того, на какой стадии иск заявлен).
Вы вправе сформулировать требование о компенсации не только материального, но и морального вреда.
Для обоснования гражданского иска Вам необходимо документально фиксировать расходы, потраченные на лечение (чеки из аптек, платных медицинских учреждений и т.д.).
Решение об удовлетворении или об отказе в удовлетворении Вашего иска будет принято одновременно с постановлением приговора по уголовному делу.

Здание прокуратуры Курской области 305000, г. Курск, ул. Ленина, 21
схема проезда

ЗАЩИТА ПРАВА ПОТЕРПЕВШЕГО НА ВОЗМЕЩЕНИЕ ИМУЩЕСТВЕННОГО ВРЕДА,
ПРИЧИНЕННОГО ПРЕСТУПЛЕНИЕМ

В последние годы уголовный процесс России был подвергнут серьезному реформированию. Одним из главных приоритетов реформы стало отношение к человеку, личности. Актуальность и важность проблемы возмещения вреда, причиненного преступным посягательством, подтверждена многочисленными работами ученых и правоприменителей. Свидетельством тому является и то, что защита интересов потерпевших от преступлений физических и юридических лиц обозначена законодателем в ст. 6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (УПК РФ) в качестве первоочередного назначения уголовного судопроизводства. Вместе с тем не утихают споры по поводу совершенствования уже существующих норм, закрепляющих право потерпевшего на возмещение вреда, причиненного преступлением, а также правоприменительной практики.

Тема возмещения имущественного вреда, причиненного преступлением, очень объемна, и рассмотреть ее комплексно в одной статье не представляется возможным, поэтому остановимся на некоторых проблемах возмещения имущественного вреда потерпевшему.

Согласно ч. 1 ст. 42 УПК РФ потерпевший — это физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения вреда его имуществу и деловой репутации. При этом юридическим основанием для признания лица потерпевшим является оформление должностным лицом соответствующего постановления, в котором помимо прочего указываются вид и размер причиненного вреда. Фактическим основанием для признания физического лица потерпевшим является факт причинения ему непосредственно преступлением физического, имущественного, морального вреда. Для юридического лица фактическим основанием для признания потерпевшим является факт причинения вреда его имуществу и деловой репутации.

В юридической литературе активно обсуждаются пути решения проблемы возмещения потерпевшему вреда. Право потерпевшего на возмещение причиненного преступлением вреда — его неотъемлемое право, «один из важнейших показателей правосудия»(1). О праве потерпевшего на полное возмещение вреда писали А. Г. Мазалов и В. М. Савицкий. Полное возмещение причиненного преступлением вреда потерпевшему предлагает возвести в ранг уголовно-правового принципа Н. И. Коржанский. В целях надлежащего обеспечения прав и законных интересов потерпевшего, по мнению В. Е. Батюковой, «должен главенствовать принцип restitutio in intecrum, выражающийся в полном восстановлении в первоначальном виде прав и законных интересов потерпевшего, ущемленных в результате совершения преступного деяния»(2). Об устранении и возмещении причиненного материального и морального вреда потерпевшему пишет Т. В. Кленова. В свою очередь, Т. Ю. Погосян наделяет потерпевшего правом «требовать от преступника и государства восстановления его законных прав и интересов»(3).

Уголовно-процессуальный закон, используя термин «имущественный вред», не дает его определения.

Для того чтобы раскрыть содержание имущественного вреда, подлежащего возмещению потерпевшему, необходимо исходить из его уголовно-процессуальной природы, при этом учитывая требования иных отраслей права, в частности ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ).

Согласно гражданскому законодательству имущественный вред — это расходы, которые необходимо произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение имущества (реальный ущерб); неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Под обеспечением возмещения причиненного преступлением имущественного вреда необходимо понимать всю совокупность предпринимаемых действий и возникающих при их производстве отношений, призванных гарантировать выполнение соответствующей задачи уголовного судопроизводства.

Возмещение вреда, причиненного в результате совершения преступления, осуществляется на стадиях: возбуждения уголовного дела, предварительного расследования, судебного разбирательства, исполнения приговора.

Независимо от формы ходатайства, а также от того, поступило ли оно от потерпевшего вообще, следователь при наличии достаточных данных о причинении преступлением имущественного вреда обязан предпринять процессуальные действия, направленные на возможно полное возмещение причиненного ущерба. К таким мерам относятся действия следователя, направленные:
на установление лиц, несущих материальную ответственность за причиненный вред;
розыск имущества, подлежащего взысканию;
наложение ареста на это имущество;
принятие мер по его сохранности, с тем чтобы судебный исполнитель мог реально задействовать это имущество для возмещения материального вреда при соответствующем приговоре суда(1).

В настоящее время основным источником возмещения вреда потерпевшему от преступления является возмещение вреда виновным в порядке гражданского иска, который заявляется потерпевшим при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства (чч. 3, 4 ст. 42, ст. 44 УПК РФ). Гражданский иск потерпевшего — практически единственный универсальный способ возмещения вреда, причиненного преступлением(2). Однако несмотря на это, при реализации данного правового института в настоящее время возникают проблемы, которые препятствуют восстановлению прав потерпевшего от преступления.

Так, согласно теории уголовного права невменяемое лицо не является субъектом преступления. Поэтому содержание нормы, закрепленной в ч. 1 ст. 42 УПК РФ, не распространяется на случаи, когда пострадавшему вред причинен невменяемым лицом. Но ведь и при наличии последнего обстоятельства вред не перестает быть таковым. Налицо необоснованное сужение процессуальных гарантий потерпевшего.

Не урегулирован в российском процессуальном законодательстве и механизм защиты прав и законных интересов потерпевшего в случае, если в ходе досудебного производства по уголовному делу не установлено лицо, совершившее преступление. При наличии данного обстоятельства производство по уголовному делу сводится к выполнению формальных процедур, реализация которых ни в какой степени не защищает права и законные интересы потерпевшего, хотя отправной точкой уголовного судопроизводства в большинстве случаев выступает появление лица,

которому противоправными действиями причинен вред(1).

Согласно п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ основанием отказа в возбуждении уголовного дела или его прекращения является смерть подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего. Все вроде бы правильно, а какова судьба потерпевшего, гражданского истца и их права на возмещение ущерба, причиненного преступлением? Ибо в соответствии с ч. 2 ст. 44 УПК РФ гражданский иск может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного уголовного дела в суде первой инстанции. Таким образом, если нет уголовного дела, то нет и возможности признания потерпевшего гражданским истцом в уголовном судопроизводстве(2).

Кроме того, законодатель в УПК РФ закрепил возможность прекращения уголовного дела за примирением сторон в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в преступлении, если лицо, впервые совершившее преступление, примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред, распространив его не только на преступления небольшой тяжести, но и на преступления средней тяжести (ст. 25 УПК РФ).

Как показывает судебная практика, примирение в большинстве случаев напрямую связано с возмещением подсудимым потерпевшему вреда, причиненного преступлением. Прекращение дела за примирением сторон влечет за собой оставление гражданского иска без рассмотрения (ч. 4 ст. 213, ч. 10 ст. 246, ч. 2 ст. 306 УПК РФ).

Однако далеко не всегда подсудимый в состоянии выплатить потерпевшему сразу всю сумму, требуемую в качестве возмещения и (или) компенсации вреда, причиненного преступлением. Именно данное обстоятельство часто служит препятствием для прекращения дела за примирением сторон. Потерпевший, предъявивший гражданский иск, не надеясь на добровольное возмещение (компенсацию) вреда, причиненного преступлением, добивается вынесения судом обвинительного приговора именно как процессуального документа, на основании которого он сможет возбудить исполнительное производство в отношении осужденного. И с логикой его поведения трудно спорить. Действительно, в случае прекращения дела за примирением сторон суд выносит соответствующее постановление, оставляя заявленный гражданский иск без рассмотрения. Таким образом, в случае уклонения лица, в отношении которого уголовное дело было прекращено, от добровольного возмещения (компенсации) вреда, потерпевший вынужден будет вновь обращаться в суд в порядке гражданского судопроизводства. При этом постановление о прекращении уголовного дела в силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) не создает преюдиции при рассмотрении дела в гражданском порядке, что вызывает необходимость для потерпевшего нести бремя доказывания иска в полном объеме(3). В связи с вышеизложенным, а также с целью совершенствования механизма реализации права потерпевшего на возмещение имущественного вреда следует рассматривать данный правовой институт с разных позиций, в том числе как часть уголовно-правового воздействия, как принудительно исполняемую виновным уголовно-правовую обязанность.

Современные российские реалии рисуют вполне осязаемые перспективы расширения возможностей реализации права потерпевшего на возмещение вреда, причиненного преступлением, за счет средств виновного именно в рамках уголовно-правовых отношений. Речь идет прежде

всего о добровольном возмещении вреда, которое рассматривается как положительное посткриминальное поведение виновного.

Действующее законодательство придает особое значение позитивным действиям виновного в отношении потерпевшего: устанавливаются специальные правила назначения наказания, направленные на его смягчение (ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации (УК РФ)). Следует позитивно оценить данную норму УК РФ, стимулирующую положительное посткриминальное поведение виновного, которая соответствует современным представлениям о восстановлении прав потерпевших.

Обосновывая целесообразность введения данного вида наказания, Б. В. Сидоров указывает: «Это служило бы реальным подтверждением уважения к жертвам преступлений со стороны закона, означало бы признание их человеческого достоинства преступником и судом, позволило бы избавиться от оскорбительной и изнуряющей процедуры доказывания своих прав на возмещение причиненного вреда в порядке искового производства в суде, наконец, способствовало бы достижению целей наказания»(1).

Назначенное в качестве основного или дополнительного наказания возмещение причиненного вреда будет способствовать реализации цели восстановления социальной справедливости. Обеспеченное принудительной силой государства, такое наказание приведет к скорейшему реальному восстановлению статуса потерпевшего, что устранит его вторичную виктимизацию. Интересны выводы, изложенные в рабочем документе Десятого конгресса ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями: «Согласно проведенному исследованию многие потерпевшие предпочли бы получить компенсацию от правонарушителя. Если выплата компенсации присуждена вместо лишения свободы или штрафа, вполне может оказаться, что это выгодно как потерпевшему, так и правонарушителю. Выплата компенсации правонарушителем представляет собой прямой способ привлечения его к ответственности за противоправные действия и в то же время отвечает финансовым и моральным интересам потерпевшего»(2). Это, в свою очередь, не означает, что необходимо заменять лишение свободы компенсацией вреда, но хотим обратить внимание на высказанную авторами рабочего документа важную мысль: введение компенсации в рамки уголовной ответственности отвечает интересам противостоящих сторон социального конфликта. Рассуждая о применении наказания в виде лишения свободы, Е. Р. Азарян справедливо отмечает, что оно «не должно препятствовать возможности восстановления причиненного потерпевшему материального ущерба, в противном случае соответствующую компенсацию причиненного ущерба должно взять на себя государство. Это также необходимо учитывать при законодательном установлении порядка зачета наказания в виде лишения свободы, согласно ст. 72 УК РФ, Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 г. (Минск), а также соответствующих международных договоров и соглашений»(3).

В необходимости компенсации причиненного потерпевшему ущерба государством убеждены многие исследователи, в частности В. В. Батуев не без основания утверждает: «Поскольку при совершении преступления и причинения вреда потерпевшему есть вина не только преступника, но и самого государства, не обеспечившего для граждан безопасность, следует признать, что потерпевший вправе рассчитывать на возмещение вреда в полном объеме, в том числе за счет средств государства. Если преступление не было предотвращено, должен действовать принцип

государственной ответственности за его совершение. Государство является гарантом соблюдения прав общества в целом и каждой личности в отдельности. Потерпевший вправе требовать от государства восстановления своих прав, в том числе и имущественных»(1).

Эти рассуждения становятся еще убедительнее, если обратить внимание на статистические данные, приведенные Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации. Так, в первом полугодии 2012 г. общая сумма ущерба от преступлений, определенная по судебным актам, составила в результате совершения хищений 10 988 819 078 р., других преступлений — 4 491 940 099 р. Из них по принадлежности к видам собственности от хищений (других преступлений): государственной — 623 239 903 р. (3 448 398 711 р.); муниципальной — 80 917 556 р. (55 549 773 р.); общественных организаций (объединений) — 475 711 040 р. (32 062 694 р.); частной юридических лиц — 4 169 290 221 р. (369 280 193 р.); частной физических лиц — субъектов предпринимательства — 1 771 400 288 р. (54 504 899 р.); личному имуществу граждан — 3 868 260 070 р. (532 143 829 р.). При этом из присужденных сумм ущерба в указанный период взыскано всего от хищений — 649 246 889 р., от других преступлений — 354 597 674 р.(2), что составляет 6% и 23% соответственно. При этом возмещение ущерба производится только при наличии приговора суда. Как упоминалось выше, потерпевший не может рассчитывать на возмещение вреда, причиненного преступлением, в случае, если преступник не установлен или установлен, но скрывается от следствия и соответственно не может быть привлечен к уголовной ответственности. Таким образом, более трети потерпевших лишены возможности возмещения вреда, поскольку виновные в их совершении лица не установлены(3).

В Российской Федерации была предпринята попытка на законодательном уровне установить положение о возмещении государством ущерба, причиненного собственнику преступлением. Речь идет о ч. 3 ст. 30 Закона РСФСР «О собственности в РСФСР» от 24 декабря 1990 г.(4) Экономическая и организационная необоснованность введенной нормы не позволила применить ее; 1 января 1995 г. этот Закон был отменен. По выражению М. В. Феоктистова, первоначально вполне удачная и справедливая идея возмещения ущерба, причиненного преступлением, за счет средств государства потерпела полное фиаско, а при разработке нового ГК РФ о ней просто забыли(5).

Сегодня государство возмещает вред потерпевшим лишь от некоторых категорий преступлений (терроризм, посягательство на жизнь сотрудников правоохранительных и контролирующих органов). В связи с принятием Федерального закона «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» от 20 августа 2004 г. № 119-ФЗ следует говорить о расширении круга лиц, которым оказывается социальная помощь. Социальная защита оказывается всем категориям лиц, охватываемым понятием «защищаемые лица», в том числе и «жертвам преступления», т. е. лицам, которым преступлением вред причинен, но они не признаны потерпевшими в порядке ст. 42 УПК РФ, при условии, что жертва

способствует раскрытию или предупреждению преступления. Основаниями применения мер социальной защиты в соответствии со ст. 17 указанного Закона являются гибель (смерть) защищаемого лица, причинение ему телесного повреждения или иного вреда его здоровью в связи с его участием в уголовном судопроизводстве. Отсюда следует, что меры социальной защиты, определенные ст. 15 этого Закона, применяются к «жертвам преступления» во избежание вторичной виктимизации, обусловленной их участием в уголовном судопроизводстве(1).

Кроме изложенных выше вариантов реализации права потерпевшего на возмещение причиненного преступлением имущественного вреда, по мнению исследователей, «в Российской Федерации представляется целесообразным использование такой апробированной практикой формы, как производство необходимых выплат через созданные для этих целей социальные фонды»(2).

В большинстве стран из государственных фондов компенсируется лишь вред, причиненный жизни и здоровью граждан (США, Великобритания, Германия, Австралия, Япония и др.), остальные виды ущерба, как правило, государством не возмещаются. Однако разветвленная система обязательного страхования в значительной мере обеспечивает компенсационные выплаты пострадавшим.

Этот путь представляется наиболее предпочтительным. Многие исследователи давно говорят о том, что в России необходимо также создание государственного и общественного фондов: государственного фонда — для возмещения вреда, причиненного здоровью и жизни жертв преступлений, общественного — для возмещения вреда, причиненного собственности жертв преступлений. Причем средства данных фондов должны равномерно формироваться не за счет налогоплательщиков, а из общей суммы назначаемых в виде наказания штрафов, конфискованных залогов, различных пошлин, сборов за судебные издержки, оплаченных правонарушителями, различных пожертвований и т. д. Все эти средства должны поступать не в госбюджет, а на счета этих фондов для распределения жертвам преступлений(3).

Таким образом, следует понимать, что механизм обеспечения прав потерпевшего от преступления, в том числе на возмещение материального и морального вреда, должен совершенствоваться. В частности, посредством осуществления таких действенных, по мнению автора, мер, как:

возмещение вреда потерпевшему со стороны виновного должно быть обеспечено принудительной силой государства, стать частью уголовной ответственности. Поэтому в систему видов наказаний следует включить такой вид наказания, как возмещение вреда, причиненного преступлением, карательное содержание которого заключается в возмещении вреда путем его устранения, предоставления тождественного имущества или денежного эквивалента; в возвращении утраченного имущества; в компенсации за лечение; в публичном извинении перед потерпевшим; в ином заглаживании вреда;

необходимо расширить права гражданского истца в рамках уголовного судопроизводства (например, представляется целесообразным закрепить право истца на изменение размера исковых требований);

целесообразно создать государственные и общественные фонды по оказанию потерпевшим от преступлений помощи по возмещению причиненного вреда и т. д.

Другие публикации:  Справка дана для предъявлению по месту требования

Лишь каждодневной и усидчивой работой исполнительных, законодательных и судебных органов власти, а также общественной заинтересованностью и активностью возможно достижение лучшей правовой среды, в которой могут быть соблюдены интересы каждого из нас.

Право потерпевшего на возмещение причиненного вреда и расходов, связанных с явкой в суд и оплатой услуг представителя

В соответствии со статьей 42 УПК РФ, потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации.

Потерпевший вправе иметь представителя, ему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям статьи 131 УПК РФ. По иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно части 2 статьи 44 УПК РФ, гражданский иск может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного уголовного дела в суде первой инстанции. При предъявлении гражданского иска гражданский истец освобождается от уплаты государственной пошлины.

Вместе с этим, согласно части 2 статьи 309 УПК РФ, при необходимости произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства, суд может признать за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Исходя из части 1 статьи 131 УПК РФ, процессуальными издержками являются связанные с производством по уголовному делу расходы, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства.

В соответствии с пунктами 1, 1.1 части 2 данной статьи к процессуальным издержкам, в том числе, относятся:

1) суммы, выплачиваемые потерпевшему, свидетелю, их законным представителям, эксперту, специалисту, переводчику, понятым, а также адвокату, участвующему в уголовном деле по назначению дознавателя, следователя или суда, на покрытие расходов, связанных с явкой к месту производства процессуальных действий и проживанием (расходы на проезд, наем жилого помещения и дополнительные расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства (суточные);

1.1) суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего;

Суммы, указанные в части второй настоящей статьи, выплачиваются по постановлению дознавателя, следователя, прокурора или судьи либо по определению суда.

Порядок и размеры возмещения процессуальных издержек, указанных в пунктах 1, 1.1 части 2 статьи 131 УПК РФ, устанавливаются Правительством Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 132 УПК РФ, процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Прокуратура Московской области

Преступление как общественно опасное деяние посягает на охраняемые законом права и свободы лиц, защита которых в ряде случаев осуществляется
в рамках гражданского законодательства Российской Федерации. Предъявление гражданского иска в уголовном процессе является способом защиты нарушенного права. В соответствии со статьей 44 Уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ) гражданским истцом является физическое или юридическое лицо, предъявившее требование о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинен ему непосредственно преступлением. Решение о признании гражданским истцом оформляется определением суда или постановлением судьи, следователя, дознавателя. Гражданский истец может предъявить гражданский иск и для имущественной компенсации морального вреда.

Гражданский иск может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного уголовного дела в суде первой инстанции. В этом случае гражданский истец освобождается от уплаты государственной пошлины. Иск в защиту интересов несовершеннолетних, лиц, признанных недееспособными либо ограниченно дееспособными в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством, лиц, которые по иным причинам не могут сами защищать свои права и законные интересы, может быть предъявлен их законными представителями или прокурором.

В качестве гражданского ответчика может быть привлечено физическое или юридическое лицо, которое в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее — ГК РФ) несет ответственность за вред, причиненный преступлением. О привлечении физического или юридического лица в качестве гражданского ответчика дознаватель, следователь или судья выносит постановление, а суд — определение.

Основанием для предъявления соответствующего иска является причинение вреда потерпевшему преступлением и такой вред в соответствии с пунктом
1 статьи 1064 ГК РФ подлежит возмещению в полном объеме. При этом под вредом (убытками) в гражданском законодательстве понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Моральным вредом следует считать физические или нравственные страдания, причиненные действиями, нарушающими личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом
с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Положениями статьи 250 УПК РФ определен порядок участия гражданского истца и ответчика в уголовном процессе. Лицо, которое предъявило иск, обязано явиться в судебное заседание для того, чтобы донести до суда свою позицию. В случае его неявки суд вправе оставить иск без рассмотрения, что не препятствует повторному предъявлению требований в рамках гражданского судопроизводства. В то же время суд вправе рассмотреть гражданский иск в отсутствие гражданского истца, если: 1) об этом ходатайствует гражданский истец или его представитель; 2) гражданский иск поддерживает прокурор; 3) подсудимый полностью согласен с предъявленным гражданским иском (ч. 2 ст. 250 УПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 309 УПК РФ в резолютивной части приговора должно содержаться решение по предъявленному гражданскому иску.

При необходимости произвести дополнительные расчеты, связанные
с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства, суд может признать за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи
309 УПК РФ).

Гражданский иск, вытекающий из уголовного дела, если он не был предъявлен или не был разрешен при производстве уголовного дела, предъявляется для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства
по общим правилам подсудности, т.е. по месту жительства или месту нахождения ответчика.

Возможность предъявления гражданского иска в уголовном процессе позволяет комплексно и с наименьшими временными и материальными затратами защитить права потерпевшего и способствует достижению цели восстановления социальной справедливости.

§ 3. Гражданский иск потерпевшего и возмещение ему ущерба

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлениях от 10 декабря 1998 года по делу о проверке конституционности части второй статьи 335 УПК РСФСР , 15 января 1999 года по делу о проверке конституционности положений частей первой и второй статьи 295 УПК РСФСР и 14 февраля 2000 года по делу о проверке конституционности положений частей третьей, четвертой и пятой статьи 377 УПК РСФСР сформулировал правовую позицию, согласно которой необходимой гарантией судебной защиты и справедливого разбирательства дела является равно предоставляемая сторонам реальная возможность довести свою позицию относительно всех аспектов дела до сведения суда, поскольку только при этом условии в судебном заседании реализуется право на судебную защиту, которая, по смыслу статьи 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации и статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, должна быть справедливой, полной и эффективной.

См.: Российская газета. 24.12.1998. N 244.

См.: Вестник Конституционного Суда РФ. 1999. N 2.

См.: Собрание законодательства РФ. 21.02.2000. N 8. Ст. 991.

Это в полной мере относится и к обеспечению права на судебную защиту потерпевшим от преступлений, которым согласно статье 52 Конституции Российской Федерации государство обеспечивает доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба

Потерпевший, являясь лицом, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред или вред деловой репутации (часть первая статьи 42 УПК Российской Федерации), включая телесные повреждения или моральный ущерб, эмоциональные страдания, материальный ущерб или существенное ущемление его основных прав, имеет в уголовном судопроизводстве свои собственные интересы, в качестве самостоятельного участника уголовного судопроизводства со стороны обвинения (пункт 47 статьи 5 УПК РФ) наделен правом на доступ к механизмам правосудия, в том числе и на скорейшую компенсацию причиненного ему вреда .

См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 236, 239, 246, 254, 271, 278, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» // Вестник Конституционного Суда РФ. 2004. N 1.

Возмещение вреда потерпевшему является делом не только и не столько сугубо частным, сколько общественным, поскольку посредством восстановления нарушенных прав потерпевшего, как бы восстанавливается нарушенное совершенным преступлением право всего общества. Поэтому процесс рассмотрения гражданского иска и возмещения вреда потерпевшему в уголовно-процессуальном судопроизводстве, который носит в основном публичный характер, существенно отличается от процесса гражданско- процессуального судопроизводства, в котором частный интерес стоит на первом месте. Именно из этого отличия и проистекают особенности рассмотрения гражданского иска потерпевшего в уголовном судопроизводстве, в котором публичный и частный интересы иерархично сочетаются друг с другом.

Гражданский иск в уголовном судопроизводстве представляет собой требование реального лица (человека) или формального (юридического) лица к лицу, совершившему преступление, о возмещении причиненного им вреда. Он предусмотрен статьей 44 УПК РФ и является одним из основных средств восстановления справедливости и нарушенного права потерпевшего, а также устранения иных негативных последствий совершенного преступления. Статьи 24 и 25 УПК РФ возлагают на виновное в совершении преступления лицо обязанность своевременно возместить потерпевшему моральный, физический и материальный ущерб в полном объеме. Статья 61 УК РФ предусматривает возможность добровольного возмещения преступником своей жертве причиненного ей физического, морального и материального ущерба. В соответствии со статьей 1074 ГК РФ вред, причиненный несовершеннолетним в возрасте от 14 до 18 лет, подлежит возмещению непосредственно причинителем вреда. Однако при недостаточности у правонарушителя доходов или иного имущества для возмещения вреда вред должен быть возмещен полностью или в недостающей части его родителями, усыновителями, попечителями и т. п., если ими не будет доказан факт отсутствия их вины в совершенном преступлении. В соответствии с частью 8 статьи 42 УПК РФ по уголовным делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть лица, права потерпевшего должны переходить к одному из его близких родственников. Представляется, что данное положение неправомерно суживает круг тех лиц, которые могут стать правопреемниками погибшего потерпевшего, так как на иждивении убитого могут находиться несколько нетрудоспособных или вовсе недееспособных, престарелых людей или малолетних детей. Поэтому в часть 8 статьи 42 УПК РФ должна быть введена соответствующая ссылка на гражданское законодательство о праве наследования.

Согласно статье 44 УПК РФ гражданским истцом является гражданин или юридическое лицо, предъявившее требование о возмещении морального и имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинен ему непосредственно преступлением. Решение о признании гражданским истцом оформляется постановлением судьи, прокурора, следователя или дознавателя или определением суда. Гражданский истец вправе предъявить иск также для материальной компенсации морального вреда. Если потерпевший сам выступает в роли гражданского истца, то права, перечисленные в части 4 статьи 44 УПК РФ, должны стать также его правами.

Правовые гарантии возмещения причиненного потерпевшему преступлением вреда, а также расходов, понесенных им в связи с его участием на предварительном и судебном следствии, также неразрывно связаны с активными действиями дознавателя, следователя, прокурора и суда, нацеленными на своевременное и полное восстановление нарушенных прав потерпевшего и понесенных им потерь, как реального ущерба, так и неполученных доходов (упущенной выгоды), предусмотренных статьей 15 ГК РФ. Если по тем или иным причинам пострадавшее от преступления лицо, признанное в качестве потерпевшего, не получило своевременную и полную компенсацию причиненного ему имущественного, физического и морального вреда, то это означает также, что соответствующие должностные лица (дознаватели, следователи, прокуроры или судьи), осуществляющие уголовное судопроизводство, не надлежаще выполнили возложенные на них законом обязанности по обеспечению защиты прав потерпевших.

Действующее уголовно-процессуальное законодательство, призванное процессуально гарантировать реализацию требований уголовного законодательства, не предусматривает конкретных положений, которые устанавливали бы порядок возмещения вреда потерпевшему по инициативе суда путем возложения на виновных обязанности загладить причиненный потерпевшему вред.

В этой связи необходимо подчеркнуть, что в УПК РФ в качестве способа возмещения причиненного преступлением вреда упоминается лишь гражданский иск. В этом отношении УПК РФ сделал шаг назад по сравнению с действовавшим ранее УПК РСФСР, согласно которому формами возмещения ущерба, причиненного преступлением, могли являться гражданский иск (часть 1 статьи 29 УПК РСФСР), возмещение вреда по инициативе суда (часть 4 статьи 29 УПК РСФСР) и уголовно-процессуальная реституция (статьи 83 — 86 УПК РСФСР).

Представляется, что данный пробел должен быть восполнен в части 2 статьи 97 УПК РФ, которая позволяет суду избрать меру пресечения для обеспечения исполнения приговора, также в части 3 статей 42 и 44 УПК РФ, предусматривающих право потерпевшего на возмещение вреда.

Основаниями для заявления потерпевшим гражданского иска в уголовном судопроизводстве является установленный факт совершенного преступления, причинения человеку или юридическому лицу в связи с этим морального, физического или материального вреда, возбуждение уголовного дела и признание пострадавшего от преступления лица в качестве потерпевшей стороны. В целях обеспечения своевременного и полного возмещения причиненного преступлением потерпевшему вреда правоохранительные органы государства обязаны проводить оперативно-розыскные и следственные мероприятия по изъятию похищенного у потерпевшего имущества и возвращению его законным владельцам или собственникам, которые по делу признаны в качестве потерпевших. После признания заявителя потерпевшим (гражданским истцом) согласно статьям 42 и 44 УПК РФ и выяснения вопроса о размере причиненного потерпевшему ущерба правоохранительные органы обязаны разъяснять обвиняемым и их близким законодательно предусмотренные преимущества добровольного возмещения причиненного преступлением вреда. В случае отказа виновной стороны от добровольного возмещения потерпевшему ущерба правоохранительные органы обязаны установить и изъять имущество, деньги и другие ценности преступников, наложить на них арест согласно статьям 115 и 116 УПК РФ для погашения причиненного преступлением ущерба .

См.: Зинатуллин З.З. Возмещение материального ущерба в уголовном процессе. Казань, 1974; Приговор Дербентского городского суда от 7 июля 2007 г. о солидарном взыскании в пользу потерпевших Мехтиева О.М., Хашаева Г.М. и Алиева А. А. 219500 руб. // Архив Дербентского городского суда Республики Дагестан.

Ввиду недостаточности положительных стимулов для добровольного возмещения вреда в судебной практике чаще всего такое возмещение ущерба происходит посредством предъявления потерпевшим гражданского иска к преступнику в ходе рассмотрения уголовного дела, т.е. в порядке уголовно-правовой реституции. Для дальнейшего стимулирования и дополнительных гарантий добровольного возмещения преступником вреда представляется, что в статью 314 УПК РФ, которая устанавливает основания применения особого порядка постановления судебного приговора, необходимо внести соответствующую поправку о необходимости письменного согласия обвиняемого своевременно и полностью возместить вред, причиненный потерпевшему. Представляется, что такой подход к решению данного вопроса может существенно ускорить процесс добровольного возмещения потерпевшему ущерба, причиненного в результате совершенного преступления .

См.: Приговор Кировского районного суда г. Махачкалы от 31 октября 2007 г. и Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Дагестан от 14 августа 2007 г. N 22-929 // Архив Кировского районного суда г. Махачкалы.

Конституционный Суд РФ в Постановлении от 8 декабря 2003. N 18-П сформулировал правовую позицию, в соответствии с которой «интересы потерпевшего в уголовном судопроизводстве не могут быть сведены исключительно к возмещению причиненного ему вреда — они в значительной степени связаны также с разрешением вопросов о доказанности обвинения, его объеме, применении уголовного закона и назначении наказания, тем более что во многих случаях от решения по этим вопросам зависят реальность и конкретные размеры возмещения вреда» .

См.: Собрание законодательства РФ. 22.12.2003. N 51. Ст. 5026.

Очевидно, что потерпевший в уголовном процессе имеет больше гарантированных прав и меньше обременений, нежели гражданский истец в гражданском судопроизводстве. Согласно пункту 12 части 4 статьи 44 УПК РФ, потерпевший имеет право ознакомиться с материалами уголовного дела, которые относятся к предъявленному иску, но не обязан платить государственную пошлину за рассмотрение предъявленного им гражданского иска в уголовном судопроизводстве. Как известно, судебное рассмотрение гражданского иска в гражданско-процессуальном судопроизводстве, в ходе которого государство не вправе вмешиваться в интересы сторон, существенно отличается от уголовно- процессуального рассмотрения гражданского иска, основанное на принципе экономии времени и средств, а также исключения противоречивых судебных решений. Более того, при рассмотрении гражданского иска в уголовном судопроизводстве предусматриваются конституционно-государственные гарантии для потерпевшего в плане доступа к правосудию, полной и своевременной компенсации причиненного ему ущерба.

В ходе дознания или предварительного следствия дознаватель или следователь обязаны всячески содействовать потерпевшему в деле доказывания факта причиненного ему вреда, а также точного определения размера ущерба в денежном выражении и способов его возмещения. Одной из важных гарантий конституционного права потерпевшего на возмещение понесенного им вреда является активная позиция прокурора, осуществляющего прокурорский надзор за деятельностью органов дознания и следствия. Согласно части 3 статьи 44 УПК РФ после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия прокурор может и обязан предъявить гражданский иск в защиту интересов несовершеннолетних и недееспособных лиц. Отдельные ведомственные приказы и указания Генерального прокурора РФ обязывают прокуроров принимать необходимые меры по восстановлению нарушенных прав потерпевших, возмещению им морального и материального вреда на стадии предварительного следствия и дознания . Судебная практика показывает, что чем раньше предусмотренные законом меры прокурорского надзора принимаются, тем действеннее защищаются конституционные права потерпевших.

См.: Назаров А. Д. Следственные ошибки в досудебных стадиях уголовного процесса. Красноярск, 2000. С. 26.

В соответствии с частью 5 статьи 228 УПК РФ по поступившему уголовному делу судья должен выяснить вопрос о том, приняты ли все меры по обеспечению возмещения вреда, причиненного преступлением, и возможной конфискации имущества виновных лиц для гарантированного возмещения вреда потерпевшему, все ли лица, которым причинен моральный, физический или имущественный вред, признаны потерпевшими по делу, а если кто-либо из них не признан потерпевшим, то судья обязан признать такое лицо потерпевшим и обеспечить реализацию его прав . На основании статьи 230 УПК РФ суд по ходатайству потерпевшего, гражданского истца или их представителей либо прокурора вправе своевременно вынести постановление о принятии мер по обеспечению возмещения вреда, причиненного преступлением, либо возможной конфискации имущества обвиняемых и подсудимых. Исполнение указанного судебного постановления возлагается на судебных приставов-исполнителей. Нам представляется, что вынесение такого постановления должно быть не только правом, но и прямой обязанностью суда, поэтому мы предлагаем в статью 230 УПК РФ внести соответствующую поправку путем замены слова «вправе» словом «обязан». Очевидно, что такая новая редакция статьи 230 УПК РФ более гармонирует с указанными выше императивными требованиями международного права о защите прав жертв преступлений и статьи 52 Конституции РФ.

Другие публикации:  Перевести договор на другого человека

См.: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 1 ноября 1985 г. N 16 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» // СП Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (РФ) по уголовным делам. 1997. С. 474.

Если в процессе судебного разбирательства уголовного дела будет установлено, что по вине органов следствия в ходе дознания и предварительного расследования дела не были приняты меры к установлению и выяснению всех обстоятельств причинения потерпевшему вреда, определению его размера и обеспечению возмещения вреда, то суд одновременно с передачей вопроса рассмотрения гражданского иска на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства должен частным определением обратить внимание руководителей соответствующих правоохранительных органов на допущенную неполноту и ошибки предварительного следствия .

См.: Постановление Пленума Верховного суда РФ от 23 апреля 1991 г. N 1 «О судебной практике по делам о нарушениях правил охраны труда и безопасности горных, строительных и иных работ» // СП Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (РФ) по уголовным делам. 1997. С. 476.

В отличие от правил, установленных для рассмотрения гражданского иска в порядке гражданского судопроизводства, при рассмотрении гражданского иска в уголовном судопроизводстве гражданскому истцу, являющемуся одновременно и потерпевшим по делу, предоставлено больше гарантий и прав, обусловленных особенностью его правового положения в уголовном процессе

Так, органы дознания, предварительного следствия в ходе расследования уголовного дела и суд в ходе рассмотрения уголовного дела не вправе отказать в приеме искового заявления потерпевшего (гражданского истца), оставить исковое заявление без рассмотрения и прекратить производство по гражданскому иску. Суд не имеет права отказать в удовлетворении иска потерпевшего по той причине, что потерпевший не представил суду документы, которые подтверждают размер его исковых требований . По результатам рассмотрения уголовного дела суд также не вправе оставить исковое заявление без рассмотрения либо прекратить производство по заявленному в уголовном процессе гражданскому иску , а должен рассмотреть заявленный гражданский иск и принять в этой части решение по существу.

См.: Приговор Кировского районного суда г. Махачкалы от 30.11.2007, которым гражданский иск потерпевшей С. незаконно и необоснованно оставлен без рассмотрения // Архив Кировского районного суда г. Махачкалы.

См.: Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 14 декабря 1992 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1993. N 12; Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 31 августа 1994 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995. N 1.

См.: Приговор Кировского районного суда г. Махачкалы от 31 октября 2007 г. и Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Дагестан от 14 августа 2007 г. N 22-929 // Архив Кировского районного суда г. Махачкалы.

В соответствии с частью 2 ст. 309 УПК РФ при необходимости произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства, суд может признать за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Указанные положения закона являются очень важными для защиты имущественных прав потерпевших, так как суд, рассмотрев по существу гражданский иск, признает своим решением (приговором) в этой части право потерпевшего на удовлетворение иска. При рассмотрении гражданского иска после его передачи для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства в соответствии с частью 2 статьи 309 УПК РФ суд не вправе рассмотреть вопрос о праве гражданского истца на удовлетворение иска, также не вправе вынести решение об отказе или удовлетворении иска, так как указанный вопрос рассмотрен и разрешен приговором суда, поэтому суд должен рассмотреть вопрос только в части размера возмещения гражданского иска и вынести решение в указанной части иска.

Согласно ст. 354 УПК РФ потерпевший вправе обжаловать в кассационном порядке приговор суда в той части, которая относится к вопросу удовлетворения гражданского иска.

Защита имущественных прав потерпевшего в уголовном судопроизводстве непосредственно связана с понятиями вреда или ущерба, причиненного преступлением.

Под понятиями «вред» или «ущерб» гражданское законодательство предполагает причиненный кому-то недостаток, урон, порчу или убыток, которые отразились на здоровье, моральном облике или имущественном положении лица, который потерпел или стал жертвой совершенного преступления. Поскольку возмещение вреда, причиненного в результате совершения преступления, имеет свои особенности, то, представляется, было бы вполне правомерно и целесообразно, наряду с понятием «потерпевший», внести в статью 5 УПК РФ также понятие «вред, причиненный преступлением». Вред в этом случае представляет собой потенциальное или реальное преступное нарушение целостности, достоинства, здоровья и имущества человека или юридического лица. В случаях приготовления или покушения на преступление судом должен учитываться не только реальный вред, который уже причинен деловой репутации данного юридического лица, но и тот вред, который с большей вероятностью был бы причинен данному юридическому лицу, если преступный замысел был бы полностью реализован. Вводимое в ст. 5 УПК РФ понятие вреда, причиненного преступлением, нужно определить в следующем содержании: «это вред, причиненный в результате совершения предусмотренного законом противоправного и общественно опасного деяния (действия или бездействия), способы и последствия возмещения которого установлены нормами уголовного, уголовно- процессуального, гражданского и гражданско-процессуального законодательства». Представляется, что иной подход к решению данной проблемы возмещения вреда не был бы правомерным, справедливым и целесообразным с точки зрения раскрытия преступления, привлечения к уголовной ответственности и наказания преступников и предупреждения совершения подобных преступлений в ближайшей перспективе.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (с изменениями от 06.02.2007) под моральным вредом понимаются нравственные и физические страдания, причинение действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная семейная тайна и т.п.) или нарушающие его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред может сопровождаться потенциальным и реальным нарушением имущественных или неимущественных прав личности, признанной потерпевшей в установленном законом порядке.

См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996. N 3.

Например, неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны и

Моральный вред также может проявиться в преступном унижении достоинства и чести потерпевшего, в потере доверия к людям, в его низкой самооценке, унынии или отчаянии, деформации его мировоззрения, здорового и нормального образа жизни и поведения. Например, при половом растлении малолетних девочек преступник существенно деформирует первоначальную нравственную установку юных созданий, первозданность их восприятия надлежащего смысла половых отношений, их святость и вытекающий из нее запрет на преждевременную и нецелесообразную эксплуатацию их половых ощущений ради удовлетворения своих нездоровых потребностей и разрушительных страстей. Горькие плоды такого преступления в той или иной мере, рано или поздно проявляются в образе повседневной жизни и поведения жертв преступления, которые как бы заражаются вирусом нравственной болезни самого преступника.

Следует отметить, что оценка морального вреда имеет не только объективные, но и субъективные основания, поскольку она в не меньшей мере зависит также и от личного восприятия противозаконного деяния самим потерпевшим. Например, когда выдающегося греческого мудреца Сократа обозвали ослом, то он нисколько не возмутился этим, поскольку был убежден в том, что его оскорбители, наверняка, не чувствуют в себе абсолютного человеческого достоинства и потому способны мерить других людей по своим меркам, т.е. по себе. Поэтому такая попытка оскорбления древнегреческого мудреца оказалась безуспешной и не повлекла за собой судебной тяжбы, но вызвала у него лишь горькую улыбку сожаления за суемудрых и невежественных оскорбителей его богообразного достоинства. Иными словами, оскорбление Сократа не нарушило в нем душевного покоя и нравственной целостности и потому, так и не став преступлением, не стало предметом судебного разбирательства. То же самое оскорбление морально уязвимого и слабого человека обязательно образовало бы состав уголовно наказуемого правонарушения (личного оскорбления — ст. 130 УК РФ) и потому после справедливого судебного разбирательства повлекло бы за собой надлежащее наказание преступника.

Что касается возмещения морального вреда, то оно связано с восстановлением преступно нарушенной духовно-психологической установки потерпевшего, преодолением в себе страха, тяжелых душевных переживаний и страданий. Цель возмещения морального вреда состоит в попытке возвращения веры потерпевшего в торжество справедливости и необходимость ежедневной правоохранительной деятельности органов государства, которому он для этого ежемесячно платит налоги от результатов своих трудов. Моральный вред может быть тесно связан также с физическим и материальным вредом. Например, когда человек в результате угроз в его адрес, клеветы или оскорбления его достоинства душевно переживает, страдает или угнетается страхом или неуверенностью, то он может потерять свой душевный покой и физическое здоровье . Человек, у которого украли огромную сумму денег или подожгли дом, может в результате психологического стресса и долгих переживаний получить существенное психическое расстройство или заболеть иными психосоматическими болезнями. Психологическое или психическое расстройство здоровья потерпевшего требует длительного лечения, которое связано с существенными материальными затратами и расходами на лекарства и оказание амбулаторной или стационарной медицинской помощи. Размер морального ущерба, нанесенного потерпевшему, определяется судом на основании необходимых и неизбежных затрат потерпевшего на восстановления его душевного равновесия, оплату лечащих его врачей, временное изменение обстановки проживания или отдых в санатории .

См.: решение Федерального суда Советского района г. Махачкалы от 31 июля 2007 г. об удовлетворении морального вреда; Постановление Президиума Верховного Суда Республики Дагестан от 17 января 2008 г. // Архив Федерального суда Советского района г. Махачкалы.

См.: Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2005. N 3. С. 30; N 7. С. 21; N 11. С. 23; 2006. N 3. С. 17; 2007. N 8. С. 19; N 9. С. 29.

В соответствии с частью 2 статьи 1099 ГК РФ моральный вред от преступления подлежит компенсации в предусмотренных законом случаях, в частности частью 4 статьи 42 УПК РФ, которая предусматривает право потерпевшего получить возмещение морального вреда в денежном выражении.

При определении размера подлежащего возмещению вреда правоохранительным органам следует руководствоваться статьями 151, 1099, 1100 и 1101 ГК РФ, а также выработанными судебной практикой критериями исчисления размера возмещения потерпевшему морального ущерба в денежном выражении. Способ и размер возмещения морального вреда определяется в соответствии со статьей 1101 ГК РФ по критериям разумности и справедливости. К критериям определения размера возмещения морального вреда, нанесенного потерпевшему, судебной практикой отнесена также и мера оценки физических и нравственных страданий, которые связаны с особенностями личности потерпевшего .

См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995. N 3. С. 17; 2005. N 7. С. 21.

Определяемый судом денежный эквивалент морального ущерба должен всегда быть максимально справедлив и соразмерен с характером и степенью тяжести совершенного преступления. При постановлении судебного приговора в части гражданского иска также должны быть учтены мотивы, обосновывающие полное или частичное удовлетворение заявленного гражданского иска либо отказ в нем. Для уточнения размера нанесенного морального вреда необходим подробный расчет по заявленным исковым требованиям удовлетворенного иска . При определении размера нанесенного потерпевшему преступлением вреда суд определяет степень физических и нравственных страданий потерпевшего, характер и объем причиненного вреда, индивидуальные особенности потерпевшего, имущественное положение преступника, а также иные обстоятельства дела.

См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 2007. С. 29; Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 1999 г. // Комментарий к постановлениям Пленумов Верховных Судов РФ (РСФСР) по уголовным делам. М., 2001. С. 160.

См.: Трунов И. Л. Защита прав личности в уголовном процессе. М., 2005. С.

Следует отметить, что полное и адекватное возмещение потерпевшему морального вреда остается на сегодня редкостью для российского уголовного судопроизводства. Вопросы определения размера морального вреда и тем более денежной оценки жизни человека не имеют законодательного регулирования и отдаются на усмотрение судьи, вынужденного при этом оперировать такими не поддающимися конкретизации субъективными понятиями, как «разумность» и «справедливость». Прямым следствием такого положения является практика российских судов, в подавляющем большинстве случаев удовлетворяющих иски потерпевших лишь в минимальных размерах.

Все вроде бы согласны с тем, что оценка нравственных страданий потерпевшего должна производиться судом с учетом его индивидуальных особенностей и других конкретных обстоятельств дела. Зачастую такая оценка невозможна без привлечения специалистов, например врачей или психологов. Весьма показателен в этом смысле опыт других стран.

Так, например, в Великобритании по вопросам компенсации морального вреда создана и функционирует комиссия, применяющая в настоящее время тарифную схему 1994 года, в которой подробно описаны условия и суммы выплат компенсаций в зависимости от конкретных обстоятельств. В Германии для определения размеров компенсации морального вреда применяется принцип прецедента. При исчислении компенсации принимаются во внимание суммы компенсации, определенные ранее вынесенными решениями судов по аналогичным правонарушениям. Выписки из таких решений систематизируются и публикуются.

В связи с изложенным представляется необходимым безотлагательно разработать и закрепить в российском законодательстве научно обоснованную методику определения стоимости человеческой жизни и исчисления морального вреда для расчетов сумм компенсаций потерпевшим от преступлений.

Актуальной является на сегодня и проблема реального возмещения причиненного потерпевшему в результате совершения преступления ущерба лицом, осужденным за совершение преступления к реальному лишению свободы. Сегодня более половины осужденных, находящихся в местах лишения свободы, не имеют возможности работать. Если же осужденный работает, то заработанные им деньги распределяются не в интересах потерпевшего. Согласно статье 107 УИК РФ из заработка осужденного вначале удерживаются налоги, затем алименты на его детей, расходы на его содержание в исправительном учреждении (стоимость питания, одежды, обуви и т.д.). Закон также гарантирует осужденному зачисление на его лицевой счет 25 процентов заработка, а в колониях-поселениях — 50 процентов. В итоге на возмещение ущерба потерпевшим средств практически не остается.

В ряде случаев возместить причиненный потерпевшему вред в полном объеме не представляется возможным в силу того, что ответчик не имеет для этого средств и имущества, за счет которого можно было бы произвести взыскание. В дополнение к этому на основании пункта 3 статьи 1083 ГК РФ суд вправе учесть имущественное положение ответчика и снизить размер возмещения, присуждаемого в пользу потерпевшего, если вред причинен ему неосторожными действиями.

Таким образом, используемый в настоящее время подход к возмещению вреда потерпевшему не вполне оправдывает назначение уголовного судопроизводства — защиту прав и законных интересов потерпевшего в части, касающейся возмещения причиненного ему вреда. В связи с этим представляется, что при неспособности государства обеспечить потерпевшему возмещение вреда лицом, этот вред причинившим, возместить его должно само государство.

С учетом изложенного предлагается дополнить ГК РФ нормой, в соответствии с которой государство должно взять на себя обязательства по компенсации вреда потерпевшим от преступлений.

Как отмечено в специальном докладе Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, в бюджетном законодательстве Российской Федерации отсутствуют правовые нормы, обеспечивающие полную реализацию положений пункта 12 Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью. Смысл указанных положений в том, что государство должно взять на себя обязательства по компенсации вреда лицам, получившим в результате преступления значительные телесные повреждения или увечья, с последующим возмещением выплаченных (выплачиваемых) сумм с осужденного в регрессном порядке. Точно таким же образом должна выплачиваться компенсация иждивенцам жертв преступлений в случае смерти или недееспособности последних .

См.: Проблемы защиты прав потерпевших от преступлений. Специальный доклад Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации. 4 июня 2008 года. М., 2008.

Бюджетное законодательство Российской Федерации не всегда соответствует и обязательствам, налагаемым на нашу страну рядом других международных конвенций, в которых она участвует. Так, в частности, не нашли отражения в нем требования статьи 25 Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности об установлении государством надлежащих процедур «для обеспечения доступа к компенсации и возмещению ущерба потерпевшим от преступлений, охватываемых настоящей Конвенцией», несмотря на то что указанная Конвенция ратифицирована Федеральным законом от 26.04.2004 N 26-ФЗ. Не реализованы также обязательства по компенсации ущерба, которые Российская Федерация взяла на себя по Конвенции ООН против коррупции (ратифицирована Федеральным законом от 08.03.2006 N 40-ФЗ) и Конвенции Совета Европы об уголовной ответственности за коррупцию (ратифицирована Федеральным законом от 25.07.2006 N 125-ФЗ).

Указанный пробел следует восполнить в Федеральном законе «О бюджетной классификации Российской Федерации», внеся в него недостающий вид расходов. Одновременно в Бюджетном кодексе Российской Федерации следовало бы предусмотреть создание соответствующего фонда, порядок его функционирования и механизм осуществления компенсационных выплат.

Моральный и материальный вред может быть преступно причинен также юридическим лицам . Преступное повреждение деловой репутации юридического лица может проявиться в потере доверия в глазах его деловых партнеров, в утрате деловых связей и вытекающей из всего этого части своих прибылей и доходов, в упущенных возможностях роста своего престижа и организационно-материального благосостояния. Например, клевета на производственную компанию как преступное деяние может обернуться для нее потерей своих клиентов и покупателей, снижением уровня продаж ее продукции или оказываемых услуг, даже полным ее банкротством. Под деловой репутацией следует понимать общественное мнение о деловых способностях того или иного предприятия или организации, меру доверия потенциальных бизнес-партнеров к достоинствам конкретного юридического лица. Поэтому деловая репутация юридического лица в какой-то мере может иметь также материальные и денежные измерения.

Другие публикации:  Документы завещание ленина

Ибрагимов И.М. Особенности рассмотрения гражданского иска и вопросы защиты имущественных прав потерпевшего в уголовном судопроизводстве // Экономика и право. 2008. N 8. С. 34.

Определение понятия «деловая репутация организации» содержится и в отдельных ведомственных нормативных актах. К примеру, в Положении о бухгалтерском учете и учете нематериальных активов, утвержденном Приказом Министерства финансов РФ от 27 декабря 2007 года, указано, что деловая репутация организации определяется расчетным путем в виде разницы между покупной ценой организации и стоимостью по бухгалтерскому балансу всех ее активов и обязательств . Поэтому положительную деловую репутацию организации надо рассматривать как надбавку к цене, которую может оплатить потенциальный покупатель в ожидании будущих экономических выгод, учитывая все это в качестве отдельного инвентарного объекта. Стало быть, деловая репутация юридического лица может быть как положительной, так и отрицательной в зависимости от соотношения стоимости его материальных активов и той цены, которую потенциальные покупатели готовы отдать за покупку этого юридического лица. Разница между этими стоимостными параметрами юридического лица может стать основанием для судебного определения размера ущерба, нанесенного преступлением данному юридическому лицу.

См.: Приказ Министерства финансов Российской Федерации от 27.12.2007. N 153н «Об утверждении Положения по бухгалтерскому учету «Учет нематериальных активов» (ПБУ 14/2007)» // Российская газета. 02.02.2008. N 22.

Часть 3 статьи 42 УПК РФ устанавливает, что потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступником, а также расходов, понесенных им в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя. В контексте ст. 35 Конституции РФ под понятием «имущество» подразумевается не только та или иная вещь, находящаяся в собственности лица, но также его право собственности и иные вещные права и требования. Такое понимание и толкование данной конституционной нормы содержится в Постановлениях Конституционного Суда РФ от 16 мая 2000 г. N 8-П и от 24 февраля 2004 г. N 3-П . Следовательно, под имущественным вредом следует понимать не только повреждение какого-то предмета, находящегося в собственности потерпевшего, но и ущемление его прав собственности. По справедливому мнению А.П. Рыжакова, «юридическому лицу может быть причинен вред не только путем уничтожения, повреждения или изъятия принадлежащих ему товароматериальных ценностей, но и в случае общественно опасного нарушения его имущественных прав и обязанностей» .

См.: Собрание законодательства РФ. 2000. N 21. Ст. 2258; 2004. N 9. Ст. 830.

См.: Рыжаков А.П. Потерпевший: понятие, права и обязанности. М.-Ростов- на-Дону, 2006. С. 23.

В пункте 9 части 2 статьи 131 УПК РФ не уточняется, какие именно иные расходы, кроме расходов на представителя и прочих процессуальных издержек, связаны с участием потерпевшего в уголовном процессе и подлежат возмещению. Однако по очевидным причинам определенная конкретизация прочих расходов в тексте самого уголовно- процессуального законодательства была бы вполне уместна. Более подробно об этом сказано в Инструкции о порядке и размерах возмещения расходов и выплаты вознаграждения лицам в связи с их вызовом в органы дознания, предварительного следствия, прокуратуру или суд , которой руководствуются и суды при взыскании сумм, выплачиваемых потерпевшим в счет возмещения расходов, связанных с явкой к месту производства следственных действий и проживанием, то есть для покрытия стоимости проезда к месту вызова и обратно, суточных и жилья . Стало быть, в пункте 9 части 2 статьи 131 УПК РФ необходимо внести дополнение для детализации прочих расходов потерпевшего, которые подлежат полному возмещению. Согласно части 3 статьи 42 и части 3 статьи 131 УПК РФ возмещение расходов на представителя, в том числе и на законного представителя потерпевшего, производится в установленном законом порядке.

См.: Инструкция о порядке и размерах возмещения расходов и выплаты вознаграждения лицам в связи с их вызовом в органы дознания, предварительного следствия, прокуратуру или суд. Утверждена Постановлением Совета министров РСФСР от 14 июля 1990 г. N 245 (в ред. Постановлений Правительства РФ от 02.03.1993 N 187, от 04.03.2003 N 140) // СП РСФСР. 1990. N 18. Ст. 132; Российская газета. 13.03.2003. N 47.

См.: Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2007. С. 19.

Статья 53 Конституции РФ гласит, что каждый человек имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Например, Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ 28 октября 1998 года приговор Хорошевского районного суда г. Москвы и решения Московского городского суда были отменены, а уголовное дело в отношении незаконно осужденного гражданина Н. прекращено.

Гражданин Н. незаконно содержался под стражей три с половиной года, затем оправдан и признан имеющим право на реабилитацию . Имеют место и случаи, когда в следственных изоляторах России незаконно содержались люди более пяти-шести лет, и они вынуждены были оговорить самих себя для того, чтобы избежать ежедневного недоедания, туберкулеза и СПИДа и других заболеваний. По статистическим данным ежегодно судами Российской Федерации оправдывается от шести . до десяти тысяч и более лиц . Справедливость требует, чтобы этот конституционный принцип был распространен не только на тех потерпевших от преступлений правоохранительных органов государства, которые законодательно называются реабилитированными, но и на тех потерпевших, которые стали жертвами не должностных лиц, то есть всех преступлений. Таковы требования части 5 статьи 9 и части 6 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года, статьи 3 Протокола 7 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года, части 1 статьи 14 Конвенции против пыток и других жестоких или бесчеловечных или унижающих достоинство человека видов обращения и наказания 1984 года, статьи 85 Римского статута Международного уголовного суда 1998 года и других общепризнанных международно- правовых актов.

См.: Трунов И. Л. Защита прав личности в уголовном процессе. М., 2005. С.

См.: Российская юстиция. 1994. N 7. С. 35 — 38.

См.: Газета. 09.07.2007. N 122.

Актуальной также является проблема реализации прав потерпевшего при решении вопроса об условно-досрочном освобождении осужденного от отбывания наказания без полной компенсации вреда. Нам представляется необходимым с целью обеспечения защиты права потерпевшего на этой стадии уголовного судопроизводства внести поправки и дополнения в уголовное и уголовно-процессуальное законодательство, указав в качестве одного из законодательно закрепленных условий условно-досрочного освобождения осужденного от наказания полное возмещение последним суммы ущерба, постановленной взыскать приговором суда с осужденного в пользу потерпевшего.

Следует также заметить, что, объявляя амнистию, государство обязано гарантировать обеспечение права потерпевшего на полное возмещение причиненного ему вреда лицами, совершившими преступления, которые по разным основаниям были освобождены от отбывания уголовного наказания. Прекращение уголовного дела вследствие акта амнистии не должно отразиться на судебном удовлетворении заявленного потерпевшим гражданского иска. Здесь правомерным является только путь реализации гражданско-правовой ответственности лиц, освобожденных от уголовной ответственности и наказания по акту амнистии. В случае прекращения уголовного дела по амнистии в отношении обвиняемого, подсудимого или осужденного гражданский иск может быть рассмотрен в порядке гражданского судопроизводства. Однако, как отмечают некоторые авторы, «потерпевшему должно оказываться содействие со стороны государства в лице его уполномоченных органов в получении доказательств, подтверждающих факт причинения вреда в результате противоправного деяния» .

См.: Григорьев В.Н., Победкин А.В., Яшин В.Н. Уголовный процесс. М., 2005. С. 154.

Одним из видов потерпевших от преступления лиц являются те лица, которые пострадали от незаконных действий представителей правоохранительных органов государства. По действующему российскому законодательству они именуются реабилитированными. Пункт 35 статьи 5 УПК РФ дает определение понятия «реабилитированный», а статья 133 УПК РФ устанавливает права реабилитированного лица. Статьи 11, 116, 136, 137 и 139 УПК РФ устанавливают правомерные основания возникновения у пострадавшего лица права на реабилитацию, а также регулируют порядок возмещения причиненного вреда как реальным, так и юридическим лицам. Основанием для возникновения права на реабилитацию и возмещение вреда являются незаконные действия и решения представителей правоохранительных органов, направленные на уголовное преследование подозреваемого и обвиняемого в совершении того или иного преступления . Понятие уголовного преследования отражено в пункте 55 статьи 5 УПК РФ и означает процессуальную деятельность, осуществляемую стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

См.: Приговор Дербентского городского суда от 13 июня 2007 г. и Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Дагестан от 4 сентября 2007 г. о признании права Гамзаева М. Г. на реабилитацию и обращение с требованием о возмещении имущественного и морального вреда // Архив Дербентского городского суда Республики Дагестан.

Согласно части 3 статьи 133 УПК РФ основанием для возникновения права реабилитированного на возмещение вреда является незаконное применение к любому лицу мер процессуального принуждения в ходе всего производства по уголовному делу. Статья 1100 ГК РФ устанавливает, что компенсация морального и имущественного вреда пострадавшего от неправомерной деятельности правоохранительных органов государства осуществляется независимо от вины причинителя вреда, если вред причинен лицу в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного осуждения, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Условиями для реабилитации пострадавшего по части 2 статьи 133 УПК РФ являются вынесение в отношении его оправдательного приговора, прекращение уголовного дела или отмена вступившего в законную силу приговора и т.д. Согласно пункту 6 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года, если самооговор не был сделан по вине пострадавшего от незаконных действий и решений представителей правоохранительных органов государства, то причиненный вред реабилитированному должен быть возмещен в полном объеме. Компенсация морального вреда в денежной форме осуществляется в порядке гражданского судопроизводства согласно части 2 статьи 136 УПК РФ, статье 151, частям 2 и 3 статей 1100 и 1101 ГК РФ. Конкретный размер компенсации реабилитированному вреда определяется по принципу разумности и справедливости в зависимости от характера причиненных ему физических и нравственных страданий, а также от индивидуальных особенностей пострадавшего. Помимо возмещения имущественного и морального вреда, реабилитированный восстанавливается в трудовых, пенсионных, жилищных и любых иных правах, перечень которых по статье 138 УПК РФ не является исчерпывающим.

После признания невинно пострадавшего человека (т.е. потерпевшего от преступлений работников правоохранительных органов и их должностных лиц) законопослушным членом общества на основании статьи 136 УПК РФ прокурор от имени государства приносит официальное извинение реабилитированному за причиненный ему вред.

Иск о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляется реабилитированным в порядке гражданского судопроизводства. Если сведения о задержании реабилитированного, заключении его под стражу, временном отстранении от должности, применении к нему принудительных мер медицинского характера, об осуждении реабилитированного и иных примененных к нему незаконных действиях были опубликованы в печати, распространены по радио, телевидению или в иных средствах массовой информации, то соответствующие средства массовой информации обязаны в течение тридцати суток сделать сообщение о реабилитации по письменному требования реабилитированного, а в случае его смерти — по требованию его близких родственников.

После оправдания невинно пострадавшего от неправомерной деятельности правоохранительных органов государства последние в двухнедельный срок обязаны направить в место учебы, работы или жительства реабилитированного письменные сообщения о принятых решениях, оправдывающих незаконно арестованного или осужденного. Согласно статье 138 УПК РФ восстановлению подлежат не только трудовые, пенсионные, жилищные и иные права реабилитированного лица, но и все понесенные им потери и расходы: неполученная зарплата, пособие, оплата адвоката — представителя в уголовном судопроизводстве. Оправданному (реабилитированному) лицу возвращаются не только утерянные им материальные блага и права, но и все его специальные и почетные звания, классные чины, государственные награды, которых он был незаконно лишен. Согласно статье 139 УПК РФ вред, причиненный юридическим лицам незаконными действиями (бездействием) и решениями дознавателя, следователя, прокурора и суда, возмещается государством в полном объеме и в установленные законом порядке и сроки.

Согласно статье 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Нам представляется, что наряду с этим конституционным принципом должен существовать и другой, подобный этому, принцип возмещения государством ущерба лицам, которые пострадали от незаконных действий (преступлений) негосударственных органов и не должностных лиц, которые совершили преступления по причине слабой профилактической работы правоохранительных органов государства, а также их неспособности раскрыть совершенное преступление, выявить преступников и наказать их, в том числе и посредством возмещения ими вреда, причиненного своим жертвам. Без установления такого нового конституционного принципа и ответственности представителей правоохранительных органов перед своими налогоплательщиками несерьезно будет говорить о существенном улучшении деятельности правоохранительных органов в ближайшей перспективе.

В контексте дополнительных гарантий возмещения потерпевшим вреда, особенно в случаях существенной задержки или злостного уклонения обвиняемого, подсудимого или осужденного от возмещения потерпевшему надлежащей суммы ущерба, было бы правомерно, чтобы государство из бюджетных средств или средств специально созданных негосударственных общественных фондов по поддержке потерпевших своевременно компенсировало потерпевшим ущерб. Тем самым государство продемонстрировало бы свою полную поддержку обществу, которое оно своей профилактической деятельностью все же не уберегло от совершенного преступления, но которое из постоянного к нему уважения всегда готово вовремя поддержать не только материально, но и информационно, организационно и технически. Хороший пример такого деятельного уважения к своим людям, потерпевшим ущерб от преступлений, подают почти все духовно, политически и организационно развитые государства, и Россия в этом направлении своего развития не должна составлять исключение.

Согласно статье 21 Федерального закона от 6 марта 2006 года «О противодействии терроризму» (в редакции от 27.07.06), в случае гибели лица-правоохранителя, погибшего от рук террористов, членам его семьи выплачивается единовременное пособие в размере шестисот тысяч рублей, а получившее увечье или инвалидность в контртеррористической операции лицо получает от государства единовременное пособие в размере соответственно трехсот тысяч рублей . По мнению некоторых авторов, эти возмещения вреда должны производиться не только из средств государственного бюджета, но прежде всего из средств, полученных от конфискации имущества преступников согласно Международной конвенции по борьбе с финансированием терроризма . Нам представляется, что таким же образом можно было бы возмещать материальный и моральный вред жертвам различных преступных сообществ и группировок, которые наносят вред людям и обществу в не меньшей мере, чем все террористы вместе взятые. Более того, большой разницы между человеческим достоинством тех, кто потерпел вред при участии в контртеррористических операциях, и тех, кто жил обычной жизнью, государство и законодатель не должны делать, и потому размеры компенсации в том и другом случаях не должны существенно отличаться друг от друга согласно статье 19 Конституции РФ, которая гарантирует равное достоинство каждого человека независимо от его личных особенностей и социально-должностного положения.

См.: Собрание законодательства РФ. 2006. N 11. Ст. 1146.

См.: Устинов В.В. Международный опыт борьбы с терроризмом: стандарты и практика. М., 2002. С. 446 — 447.

Возмещение вреда, причиненного иностранным гражданам, производится за счет средств федерального бюджета с последующим взысканием сумм с причинителя вреда. Если преступниками явились террористы, которые были уничтожены правоохранительными органами, то не с кого взыскивать и причиненный жертвам теракта вред, и потому этот вред возмещается за счет средств государственного бюджета. Представляется, что так необходимо делать во всех случаях, когда жертвы преступления по тем или иным причинам не могут получить от виновных в совершении против них преступления лиц своевременной и справедливой компенсации.

По данным статистики ежегодно каждый десятый житель России становится жертвой преступления, более семи миллионов реально пострадавших от незарегистрированных преступлений не получают какой-либо правовой защиты или помощи от государства . Следует иметь в виду, что речь идет о данных официальной статистики, не учитывающей латентную преступность. Между тем, по оценкам экспертов, на одно зарегистрированное преступление в России приходится четыре незарегистрированных . Российская Федерация подписала и ратифицировала целый ряд международных конвенций по защите прав потерпевших, но до сих пор не приложила руку к Европейской конвенции от 24 ноября 1983 года «О возмещении ущерба жертвам насильственных преступлений». Указанная Конвенция содержит в себе юридическое решение вопросов по защите прав детей, которые стали сиротами, а также тех потерпевших, которые в результате совершения преступления утратили свою трудоспособность и стали инвалидами. В Конвенции устанавливается четкая правовая зависимость возмещения вреда потерпевшему от качества судебно-правоохранительной деятельности государственных органов. Если государство не способно должным образом организовать правоохранительную и профилактическую работу своих органов для поддержания конституционного правопорядка, не может своевременно выявлять и привлекать к уголовной ответственности разного рода преступников для компенсации вреда потерпевшим, то на основании императивных норм международного и конституционного права такое государство обязано хотя бы реально гарантировать своевременное и полное возмещение причиненного многочисленным потерпевшим вреда.

См.: Дипломатический вестник. 2002. N 1. С. 112; Трунов И.Л. Защита прав личности в уголовном процессе. М., 2005. С. 237; Трунов И.Л. Проблемы соблюдения прав и свобод жертв преступности // Представительная власть — XXI век. 2007. N 3 (76).

См.: Проблемы защиты прав потерпевших от преступлений. Специальный доклад Уполномоченного по правам человека. М., 2008.

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *